Логотип

К буддийской персонологии

Бодхисаттва принадлежит к основным понятиям буддизма в течение всей его истории. Но только в махаяне это понятие приобрело такое широкое значение, что синонимом махаяны стал термин «путь бодхисаттвы» (bodhisattvayāna). Поздний буддизм выработал сложную схоластическую теорию бодхисаттвы, которая нашла выражение в произведениях столь крупных мыслителей как Асанга, Шантидева, Чандракирти и т. д.

К сожалению, схоластическое мышление позднего буддизма имело столь сильное влияние, что и в современной буддологии все проблемы, связанные с этим понятием, принято рассматривать именно с этой точки зрения1. Тем не менее, концепция бодхисаттвы даже в махаяне не была единой. Образ, идеал бодхисаттвы разрабатывался в разных школах и в разных произведениях по-разному и имел долгую историю развития. В этом смысле анализ столь древнего и важного источника как Аштасахасрика Праджняпарамита (АП) имеет первостепенное значение.2

Бодхисаттва принадлежит к понятиям, которые находят в АП свое определение. В этом смысле его можно считать чисто праджняпарамитским термином (например, в отличие от дхармы, которая не определяется в АП). Это определение приводится уже в первой главе, что может служить косвенном указанием на первостепенную важность этого термина:

Значение слова «бодхисаттва», о Субхути, — не есть значение. Почему так? Так как, о Субхути, бодхисаттва-махасаттва учится в непривязанности всех дхарм. Так как, о Субхути, бодхисаттва-махасаттва понимает в непривязанности наивысшее совершенное просветление в том смысле, что он постигает (смысл) всех дхарм. В смысле просветления говорят «бодхисаттва-махасаттва»3.

Заметим, что определение бодхисаттвы (здесь не обращаем внимания на диалектический прием авторов АП: всякое определение есть в общем-то не-определение) не заключает в себе намеков на сострадательный или божественный характер бодхисаттвы, чего можно было бы ожидать по определениям позднего буддизма.

Понятие бодхисаттва имеет в АП два значения, широкое и узкое. Во-первых, — бодхисаттва есть существо, стремящееся к изменению своего психического статуса. В этом значении ему противопоставляется только термин обыкновенный человек (prthagjana), который обозначает людей, не стремящихся к изменению своего психического статуса.

АП, как и многие другие махаянские источники, различает три пути, три основных способа достижения изменения своей психики: путь шраваков (śrāvakayāna), путь пратьекабудд (pratyekabuddhayāna) и махаяна — «великий путь» (mahāyāna).

Для синхронного изложения этих путей (yāna) используется параллельная иерархия, основанная на понятии уровень (bhumi): уровень шраваков (śrāvakabhūmi), уровень пратьекабудд (pratyekabuddhabhūmi) и уровень будд (buddhabhūmi)4. Все перечисленные уровни противопоставляются уровню обыкновенного человека (prthagjanabhumi), который не имеет соответствия в иерархии путей5.

Таким образом, бодхисаттва в его первом значении, это человек, который характеризуется как находящийся на одном из трех вышеизложенных путей. Это значит, что персонология АП включает в себя три основных типа бодхисаттв: бодхисаттва, принадлежащий к пути шраваков (śrāvakayānika bodhisattva), бодхисаттва, принадлежащий к пути пратьекабудд (pratyekabuddhayānika bodhisattva) и бодхисаттва, принадлежащий к махаяне (mahāyānika bodhisattva)6.

В большинстве случаев śrāvakayānika bodhisattva обозначается лишь термином śrāvaka. Наивысшее состояние шраваки - arhattva7 или śrāvakatva8. Pratyekabuddhayānika bodhisattva имеет соответственно вид pratyekabuddha. Наивысшее состояние пратьекабудды — pratyekabodhi9 или pratyekabodhatva10.

Mahāyānika bodhisattva противопоставляется первым двум терминам. Таким образом они получают возможность сливаться в единую формулу śrāvakapratyekabuddha11. Mahāyānika bodhisattva описывается в АП как основной тип бодхисаттвы (= второе значение бодхисаттвы). Но это не значит, что śrāvakayānika bodhisattva pratyekabuddhayānika bodhisattva рассматриваются как нечто внебуддийское. Наоборот, по признанию АП они имеют свое авторитетное учение, восходящее, как и учение Праджняпарамиты, к самому Гаутаму12.

Отличающей чертой шраваков и пратьекабудд считается их стремление к спасению только самого себя. В АП это изложено так:

Бодхисаттва-махасаттва, о Субхути, не должен так учиться, как учатся лица, принадлежащие к пути шраваков или к пути пратьекабудд. Как учатся лица, принадлежащие к пути шраваков или пратьекабудд? Они думают так: «Мы успокаиваем только самого себя, мы усмиряем только самого себя, мы доводим до полной нирваны только самого себя». Тогда, имея в виду успокоение, смирение и полную нирвану самого себя, они направляют свои усилия на взращивание благих корней (kuśalamūla)13.

Бодхисаттва, который выбрал путь махаяны, одновременно должен выработать в себе и качества, которые внешнему наблюдателю должны казаться подобными качествам шраваки (śrāvaka-guna), по-видимому, для того, чтобы внешний (небуддийский) наблюдатель не мог провести границу между различными персонологическими типами буддийской лизиологии.

Но и сам mahāyānika bodhisattva не может быть уверен, что он преодолел уровни шраваков и пратьекабудд полностью. Такая уверенность достигается только постепенным приобретением искусности в средствах (upāyakauśalya) и пониманием Праджняпарамиты.

Термин пратьекабудда встречается в АП довольно редко и не обогащает наши знания в этой мало изученной отрасли буддологии. Но лица, определяющиеся термином шравака, имеют в АП положительное значение. Это выражается в том, что термин шравака хотя и не является существенным элементом в лизиологическом пространстве АП (т. е. шраваки не могут по АП достигать своей цели — освобождения только самого себя), лица, обозначающиеся этим термином, имеют определенную функцию, поддерживая стремления бодхисаттвы-махасаттвы. Они призваны помогать бодхисаттве-махасаттве в достижении его цели, передавая ему свои знания, имея способность понимать (но не достигать) наивысшее совершенное просветление (anuttara samyaksambodhi)14.

Эта идея выражается в композиции самого текста АП. Все основные говорящие лица (кроме Бхагавата, т. е. Будды) — шраваки: Субхути, Шарипутра, Ананда, Пурна и т. д. Анализ их взаимоотношений и различий их взглядов был бы чрезвычайно интересен в смысле реконструкции позиции хинаянистов в начале нашей эры15.

Второе основное значение понятия бодхисаттва, — это человек, который выбрал путь махаяны. Бодхисаттва в этом значении имеет несколько подтипов: bodhisattvayānika pudgala, bodhisattva, bodhisattva mahāsattva.

bodhisattvayānika pudgala и bodhisattva встречаются в АП лишь несколько раз, в основном в ситуациях, где бодхисаттва отказывается от Праджняпарамиты и стремится читать тексты Хинаянистов16. Термин bodhisattva встречается в некоторых ситуациях и в позитивном смысле17.

Основной термин в структуре праджняпарамитского понимания бодхисаттвы — это bodhisattva mahāsattva. В европейской буддологии mahāsattva обычно переводят просто как эпитет бодхисаттвы — «великосущный» или «великое существо»18, и таким образом bodhisattva mahāsattva не рассматривается как особый подтип бодхисаттвы. Но уже комментатор АП Харибхадра (9 век) объясняет терминологичность слова mahāsattva так:

śrāvakā api syūr-evam ty-āha — mahāsattva iti (шраваки тоже считались бы «бодхисаттвами», поэтому сказано «махасаттва»19.

В самом АП приводится три определения термина mahāsattva. Первый принадлежит Бхагавату, второй — Шарипутре, третий — Субхути.

І «Он поможет достигнуть большому собранию существ, большому скоплению существ наивысшее, — поэтому говорят «бодхисаттва-махасаттва».20

ІІ «Он провозглашает дхарму в целях уничтожения великого заблуждения о существовании души, великого заблуждения о существовании жизни, великого заблуждения о существовании становления, великого заблуждения о существовании нестановления, великого заблуждения о существовании уничтожения, великого заблуждения о существовании вечности, великого заблуждения о существовании собственного тела и других заблуждений — поэтому говорят «бодхисаттва-махасаттва».21

ІІІ «Говорят, о Бхагаван», «бодхисаттва-махасаттва». Потому, что он остается непривязанным и неокутанным даже в мысли о просветлении, в мысли о всезнании, в мысли, где нет истечения, в неравной мысли, в равной мысли, т. е. в мыслях, которые недоступны всем шравакам и пратьекабуддам. Почему так? Потому как эта мысль о всезнании есть без истечения, поэтому она неокутана. Так как эта мысль о всезнании — мысль без истечения и неокутана, он и остается в мысли непривязанным и неокутанным. Поэтому обозначают «бодхисаттва-махасаттв22

Различие в приведенных определениях видны сразу. Эти явно существенные различия имеют глубокий смысл. Точку зрения Бхагавата можно считать чисто махаянистской: здесь говорится только об отношениях между людьми и бодхисаттвой-махасаттвой, где бодхисаттва-махасаттва субъект, а люди — объект сострадания. Определение Шарипутры — чисто хинаянистское: уничтожение разных drşți имеет смысл прежде всего в контексте сутр хинаяны23. Существование этого отрывка ΑΠ — вещь довольно загадочная: он не имеет абсолютно никакого отношения к учению Праджняпарамиты и даже к другим высказываниям Шарипутры.

Субхути говорит мысли, которые можно считать чисто праджняпарамитскими (так как там излагается праджняпарамитский аспект зерологической доктрины буддизма)24. Но махаяна в собственном смысле (как в отрывке Бхагавата) у Субхути отсутствует. Это и понятно: Субхути представляет в АП шраваков; а те способны понимать чрезвычайно тонкие логические конструкции (в том числе и прадждняпарамитские), но не способны постичь основной смысл понятия бодхисаттвы-махасаттвы в контексте махаяны — помогать людям достигать более высокого состояния.

Конечно, точки зрения Субхути и Бхагавана — это лишь разные аспекты праджняпарамитской концепции бодхисаттвы-махасаттвы. Вот как это освещается в тексте АП:

Наделенный двумя дхармами бодхисаттва-махасаттва, о Субхути, является трудно достижимым для Мар и похожих на Мар божеств. Какими двумя дхармами? Он не покидает ни одного существа, и он смотрит на все дхармы с точки зрения шуньяты. Наделенный этими двумя дхармами бодхисаттва-махасаттва, о Субхути, является труднодостижимым для Мар и похожих на Мар божеств25.

Основным эпитетом бодхисаттвы-махасаттвы в АП является совершатель тяжелой работы (duşkara-kāraka)26. Этот эпитет встречается при описании обоих аспектов бодхисаттвы-махасаттвы, и смысл его не требует никаких сложных комментариев: трудно понимать учение Праджняпарамиты и трудно стать человеком, искренне думающим и заботящимся о благе человечества, и притом конкретно, а не абстрактно27. Но АП описывает возможность выполнения такого желания в столь парадоксальном виде, что неподготовленному читателю это неизбежно кажется утверждением невозможности какого-либо прогресса в этом направлении:

Здесь, о Субхути, бодхисаттва-махасаттва думает так: «Я должен вести в полную нирвану многие существа. Я должен вести в полную нирвану бесчисленные существа. Но нет тех, кому и нет тех кого вести в полную нирвану*.» Поэтому он ведет эти существа в полную нирвану. Но нет ни одного существа, кто достиг бы полной нирваны и кто вел бы в полную нирвану28.

Градации на уровне бодхисаттвы-махасаттвы довольно существенны. В основном, определенное состояние на уровне бодхисаттвы-махасаттвы зависит от быстроты усвоения Праджняпарамиты (т. е. от понимания сутр праджняпарамиты)29.

По-видимому, находящиеся на самой низкой ступени бодхисаттвы-махасаттвы это те, кто не понимают Праджняпарамиту (а бодхисаттва-махасаттва более высокого уровня должен ее понять сразу же, при первом соприкосновении с текстом30).

Бодхисаттва-махасаттва, находящийся на низкой ступени развития, имеет определенные эмоции, которые в АП оцениваются как отрицательные: гордость, гордыня, презрение, (māna, atimāna, mithyamāna, abhimāna). Именно эти эмоции не позволяют бодхисаттве-махасаттве достигнуть самых высоких состояний всезнания (sarvajñatā) и наивысшего совершенного просветления (anuttarā samyaksambodhi)31.

Гордость и другие негативные эмоции или свойства образуют тот комплекс у бодхисаттвы-махасаттвы, который обозначают термином загрязненность (kleśa)32. АП оценивает бодхисаттв-махасаттв, имеющих клеши, явно негативно. Нам будет интересно наблюдать описание социальной роли таких бодхисаттв-махасаттв, которое, на мой взгляд, может быть отражением борьбы мнений, имевшей тогда место в общине буддистов.

Те бодхисаттвы-махасаттвы (которые имеют клеши) получат признание и честь и станут хорошими ораторами. Как хорошие ораторы, они окажут влияние на многих людей33.

Противоречия в буддийской общине того времени проявляются и в отношении АП к проблеме отшельничества. АП описывает как помощников Мары тех, которые требуют от людей отшельничества (viveka) в полном смысле этого слова (т. е. отделения от человеческого общества)34.

В Индии в течение всей ее истории отшельничество играло важную роль не только в сфере религии (в узком значении этого слова), но и как один из регулирующих механизмов общества. Поэтому АП как будто не выступает против отшельничества. Она (как и в других сходных ситуациях) не выступает против слова, против термина viveka. В АП не говорят, что отшельничество дурно или что не следует отделяться от общества. Наоборот — в АП проповедуется идея отшельничества. Однако, при этом говорится, что отшельничество надо правильно понимать. И правильное его понимание — не отделение от общества, а отделение от так называемой духовной активности (manasikāra) шраваков и пратьекабудд, а что касается того, живет ли человек в городе или в джунглях, это не имеет никакого отношения к настоящему отшельничеству35.

Взаимоотношения бодхисаттв-махасаттв с буддами — также объект рассмотрения АП. Они выражаются в термине vyākaraņa, который обычно переводится как предсказывание36. Предсказывание совершается каким-либо буддой в момент, когда бодхисаттва-махасаттва достиг определенного состояния. После этого бодхисаттва-махасаттва называется vyākrta bodhisattva mahasattva.

Состояния vyākṛta достигают не все бодхисаттвы-махасаттвы, а только те, которые правильно понимают Праджняпарамиту. Это в свою очередь предполагает их пребывание в течение многих жизней на пути махаяны. Такой бодхисаттва-махасаттва имеет в АП эпитет cirayana-samprasthita (тот, который уже давно вступил на колесницу)37, — этому противопоставляется термин navayāna-samprasthita (тот, который недавно вступил на колесницу)38.

Процесс vyākaraņa описывается в АП на примере самого Гаутамы Будды (Бхагавата), которому будда Дипанкара предсказал его будущее:

В будущем ты станешь татхагатой, архатом, совершенным буддой по имени Шакьямуни39.

Сам Бхагават производит vyākaraņa с Гангадеви Бхагини, которая в будущем должна стать буддой Суварнапушпа (suvarnapuşpa)40.

Выделив vyākrta bodhisattva mahasattva в особый подтип бодхисаттв-махасаттв, АП не разрешает проблемы: как бодхисаттва-махасаттва сможет узнать о своей принадлежности к vyākrta bodhisattva mahasattva. Это, как и многое другое останется в АП неопределенным, и в этом, как мне кажется, проявляется тенденция АП к шуньяте. Так, правильным поведением считается только то, при котором бодхисаттва-махасаттва не думает:

Эта дхарма — предопределена в наивысшее совершенное просветление, эта дхарма будет предопределена в наивысшее совершенное просветление, эга дхарма предопределяется в наивысшее совершенное просветление41.

Следующим подтипом в иерархии бодхисаттв-махасаттв можно считать avinivartanīya bodhisattva mahāsattva (бодхисаттва-махасаттва, который не вернется назад). В каком-то смысле vyākrta bodhisattva-mahāsattva и avinivartanīya bodhisattva mahāsattva обозначают как будто бы один и тот же тип бодхисаттв: с одной стороны, АП называет всех бодхисаттв-махасаттв, имена которых упоминал Будда, avinivartanīya bodhisattva-mahāsattva. Но, с другой стороны, vyākrta bodhisattva mahāsattva может еще оказаться на более низком уровне.

Уровень avinivartanīya bodhisattva mahāsattva — наивысшее состояние бодхисаттвы (т. е. предшествующее уровню будды). Интересно отметить, что в некоторых аспектах его сравнивают с уровнем архата (т. е. наивысшим пределом пути шраваков). В частности это выражается в одинаковом понимании ими татхаты42.

В плане знания (jñāna) вообще, avinivartanīya bodhisattva mahāsattva описывается достигшим безграничного (ananta, aparyanta) знания43. Но интересно, что нигде не упоминается что им присуще всезнание (sarvajñatā).

По-видимому avinivartanīya bodhisattva mahāsattva сам не сознает своего пребывания в этом состоянии. Но (и это очень интересное психологическое наблюдение авторов АП) у них нет сомнения в этом (vicikitsa, samsaya)44. Это значит, что для avinivartanīya bodhisattva mahasattva уже не существует различия между разными уровнями бодхисаттвы. Развитие бодхисаттвы до уровня avinivartanīya bodhisattva mahāsattva, по материалу АП, не означает создания высокоразвитой, но узкоспециализированной личности, наоборот, бодхисаттва превращается во всеобъемлющее существо, которое содержит в себе все персонологические типы любой классификации.

Глава XVII в АП носит название — avinivartaniya-akara-linganimitta-parivarta («Глава об атрибутах, приметах и знаках необращаемости»)45. На первый взгляд, изложенное там противоречит моему утверждению, что avinivartanīya bodhisattva mahasattva сам не интересуется своим положением. Но подтверждением моей точки зрения может служить вступительный вопрос Субхути в начале главы:

Каковы атрибуты, о Бхагаван, каковы приметы и каковы знаки необращаемого бодхисаттвы-махасаттвы? Как мы сможем узнать «это необращаемый бодхисаттва-махасаттва45.

Из самого этого вопроса становится ясным, что эти атрибуты и т. д. имеют значение только для внешнего наблюдателя, а не для самого avinivartaniya bodhisattva mahāsattva.

Число их довольно велико. Некоторая часть их относится к физическому состоянию бодхисаттвы. Avinivartanīya bodhisattva mahāsattva описывается как совершенно здоровый, без всякой болезни человек46. Чрезвычайно интересно, что здесь среди прочих, упоминается и способность avinivartanīya bodhisattva mahāsattva к половой жизни47.

Отношения avinivartanīya bodhisattva mahāsattva с окружающим его миром (людей) представляются очень интересными и сложными. Он человек, который может жить или отшельником или домохозяином48. Но все же он не обыкновенный человек: хотя он и может совершать такие же поступки как prthagjana, но его интересы лежат вне сферы интересов prthagjana. В XVII главе АП перечисляются объекты внешнего мира, которые не должны интересовать avinivartanīya bodhisattva mahāsattva: царь, вор, войско, война, деревня, город, городище, государство, царство, столица, дух, душа, я, министр, премьер-министр, женщина, мужчина, гермафродит, колесница, парк, сад, монастырь, дворец, злые духи, пища, питье, одежда, украшение, благовоние, гирльянда, помада, дорога, перекресток, улица, рынок, игра, паланкум, семья, песня, актер, танец, повесть, артист, странствующий певец, море, река, остров.49

В этой работе я не буду обращать внимания на важность этого списка для науки, изучающей социальную структуру древней Индии. Нас интересует здесь прежде всего то, что в этом списке изложены основные компоненты жизни среднего образованного человека того времени (и, пожалуй, других времен).

Но avinivartanīya bodhisattva mahāsattva не интересуется даже «спиритуалистическими» вопросами: он не говорит о Праджнямарамите50. Это понятно, так как Праджняпарамита предмет занятий лишь на определенном уровне пути бодхисаттвы, на уровне бодхисаттвы-махасаттвы.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Как, например, в монографии Хар Даяла «Доктрина Бодхисаттвы»: Har Dayal, The Bodhisattva Doctrine, London, 1933. См. также: The Cultural Heritage of India, vol. I, Calcutta, 1958, p. 510 ff; L. Joshi, Studies in the Buddhistic Culture of India, Delhi, 1967, p. 121 ff.↩

2 CM. D. T. Suzuki, On Indian Mahayana Buddhism, ed. by. E. Conze, New York, 1968, . 33.↩

3 Astasāhasrikā Prajñāpāramitā, With Haribhadra's Commentary Called Aloka, ed. by P. L. Vaidya, Darbhanga, 1960, р. 9. (Далее AP).↩

4 См. напр. AP, XVI, p. 159.↩

5 Слово prthagjanayāna бессмыслено и не встречается вообще в буддий ской литературе.↩

6 AP, XVI, р. 159. Синонимами этих терминов можно считать: личность, принадлежащую к пути шраваков (śrāvakayānika pudgala), личность, принадлежащую к пути пратьекабудд (pratyekabuddhayānika pudgala) и личность, принадлежащую к пути бодхисаттв (bodhisattvayānika pudgala). (AP, XXIV, P. 208.)↩

7 AP, XIV, p. 143.↩

8 AP, III, p. 30.↩

9 AP, III, p. 30.↩

10 AP, XIV, p. 143.↩

11 AP, XIV, p. 143.↩

12 AP, XI, p. 116.↩

13 AP, XI, p. 115.↩

14 AP, V. p. 68.↩

15 Эта невероятно интересная задача, по-видимому, не может быть разрешена посредством слишком упрощенной схемы Э. Конзе, по которой, напр. Шарипутра описывается всегда как носитель низкого уровня понимания (См. E. Conze, The Prajñapāramitā Literature, The Hague, 1960, p. 13.).↩

16 AP, XI, p. 115.↩

17 Напр. АР, XVI, p. 157.↩

18 См. напр. E. Conze, Buddhist Wisdom Books, London, 1958, . 22: "the Bodhisattvas, the great beings".↩

19 AP, p. 282.↩

20 AP, I, p. 9.↩

21 AP, I, pp. 9-10.↩

22 AP, I, p. 10.↩

23 См. напр. палийскую ditthi в Дигха-Никае (1,31; 11, 13, 45), в Мадджима-Никае (1, 40) и т. д.↩

24 См. мою статью «Об одном возможном подходе к пониманию śūnya-vada» в сб. "Terminologia Indica" I, Тарту, 1967, стр. 13-24.↩

25 AP, XXXVII, pp. 221-222.↩

26 См. напр. AP, XV, p. 146, p. 149; XX, p. 185; XXVI, p. 218; XXVII, р. 220 и т. д.↩

27 Мы вполне можем переводить Іока как «человечество», имея в виду, что оно имеет значение «человечество для данной личности», т. е. достижимая для наблюдателя совокупность людей.↩

28 AP, I, p. 10.↩

29 AP, X, p. 114.↩

30 AP, XXI, p. 191.↩

31 Ibid.↩

32 AP, XXIV, p. 207.↩

33 Ibid.↩

34 AP, XXI, p. 194.↩

35 AP, XXI, p. 195.↩

36 См. напр. AP, XXIV, p. 208.↩

37 AP, X, p. 106.↩

38 AP, VIII, p. 67.↩

39 AP, XIX, p. 182.↩

40 AP, XIX, p. 181.↩

41 AP, XVIII, p. 170.↩

42 См. АР, XVI, p. 167.↩

43 AP? XVIII, p. 170.↩

44 AP, XVI, p. 167.↩

45 AP, XVII, p. 161.↩

46 na vikalendriya bhavati (AP, XVII, p. 166).↩

47 puruşavrşabha-indriya-samanvayataš-ca bhavati, na-asatpurusah. Э. Кон зе переводит это: "He posses the organs of virile man, not those of an impotent man" (E. Conze, Astasāhasrikā Prajñāpāramitāă, Calcutta, 1957, p. 126.).↩

48 AP, XVII, p. 166.↩

49 AP, XVII, pp. 166-7.↩

50 AP, XVII, pp. 164.↩

Учёные записки Тартуского государственного университета, Труды по знаковым системам V, с. 124-132

Л. Мялль