(19. Диалог с брахманом-локаятиком)

Я помню, Махамати, как однажды пребывал в неком месте, и ко мне подошёл брахман-локаятик. Подойдя и не дожидаясь приглашения, он спросил:

• — О Готама, всё ли сотворено (kṛtaka)?
• Я ответил:
• — О брахман, если «всё сотворено», то это — первая локаята.
• — Тогда всё несотворено (akṛtaka)?
• — Если «всё несотворено» — это вторая локаята.
• — Всё непостоянно, всё вечно, всё возникающее, всё невозникающее?
• — Это, брахман, шестая локаята.
• Брахман продолжал:
• — Всё едино? Всё различно? Всё и то, и другое? Всё ни то, ни другое? Всё зависит от причин, ибо мы наблюдаем многообразие причин и возникновений?
• — И это, брахман, одиннадцатая локаята.

Тогда он спросил о невысказанном и высказанном, о наличии или отсутствии «я», об этом мире и ином мире, об освобождении, о мгновенности, о пространстве, о прекращении, недостигаемом через рассуждение (apratisaṃkhyānirodha), о нирване — сотворены ли они или нет — и о промежуточном состоянии (antarābhava).³⁹⁹

Я сказал ему:

• О брахман, если ты рассуждаешь так, то всё это — лишь твоя локаята, но не Моё [учение].
• Я же, брахман, учу, что три мира порождены пагубной косностью отпечатков (vāsanā) безначального размножествления различений (prapañcavikalpa).
• Различение (vikalpa), брахман, разворачивается не из обнаружения внешних явлений, а из неосознания того, что всё — лишь воспринимаемое собственным умом. Мой путь не таков, как у тиртхиков, учащих о соединении «я», чувств и объектов.
• Я, брахман, не учу ни о наличии причин, ни об их отсутствии. Но, указывая на само различение как на двойственность схватываемого и схватывающего, Я учу зависимому возникновению (pratītyasamutpāda).⁴⁰⁰ Такие же, как ты, не понимают этого — ибо поток их сознания вовлечён в схватывание «я».
• Что же касается нирваны, пространства (ākāśa) и прекращения, недостигаемого через рассуждение (apratisaṃkhyānirodha) — сама их сущность не обнаруживается средствами рассудка. Как же тогда можно спрашивать, сотворены они или нет?
• Брахман-локаятик вновь спросил:
• — О Готама, обусловлен ли этот тройственный мир неведением, жаждой и кармой, или же он беспричинен?
• [Будда ответил]:
• — Обе эти [позиции], брахман, — это локаята.
• — Но, Готама, разве все явления не наделены собственными и общими признаками (svasāmānyalakṣaṇa)?
• — И это, брахман, — лишь локаята. До тех пор, брахман, пока длится трепетание мысли (mano-vispandita) различения (vikalpa), [привязанного] к внешним объектам, — до тех пор это локаята.⁴⁰¹
• Брахман-локаятик вновь спросил меня:
• — О Готама, есть ли хоть что-то, что не является локаятой? Ведь всё, что проповедуют тиртхики с помощью разнообразных слов и примеров, — это лишь моё [учение].
• [Я ответил]:
• — Есть, брахман, то, что не принадлежит тебе; оно проповедуется, выражается разнообразными словами и не лишено смысла.
• — Что же это за «не-локаята» (alokāyata), которая не является общепринятым учением?
• — Есть, брахман, не-локаята, в которую не проникает разум твой и всех тиртхиков, привязанных к ложному размножествлению различений о внешнем бытии. Это — не-развёртывание различения (vikalpasya apravṛtti). Благодаря осознанию того, что всё — лишь воспринимаемое собственным умом, различение бытия и небытия не приходит в движение. Из-за отсутствия схватывания внешних объектов различение пребывает в своём собственном месте (svasthāne avatiṣṭhate dṛśyate). Это и есть Моя «не-локаята», и она — не твоя.⁴⁰²
• «Пребывать в своём месте» — значит не приходить в движение [к объекту]. Это называется не-развёртыванием различения, поскольку нет возникновения. Вот это, брахман, и не является локаятой.
• Вкратце, брахман: там, где есть приход и уход сознания (vijñāna), умирание и рождение, стремление, привязанность, влечение, воззрения и захватывание, цепляние за многообразные признаки и привязанность к жажде и её причинам — всё это, брахман, твоя локаята, но не Моя.

Так, Махамати, Я ответил брахману-локаятику, и он, погрузившись в молчание, удалился.

***