(25. Суть и буква Учения)

Затем Благословенный вновь обратился к бодхисаттве-махасаттве Махамати:

• Поистине, Махамати, эта четверица — шуньята, невозникновение, недвойственность и отсутствие собственной природы — пронизывает все сутры всех Будд. В какой бы сутре [эта четверица ни излагалась], следует усматривать именно этот смысл.
• Ибо, Махамати, поучения в сутрах различаются в соответствии со склонностями всех существ, но они не являются речью, утверждающей саму таковость (tattva).
• Подобно тому, Махамати, как мираж в пустыне влечёт оленей, заставляя их ухватиться за убеждение о существовании воды, хотя воды там нет, — так и поучения во всех сутрах служат удовлетворению собственного различения невежд, но не являются речью, устанавливающей благородное знание таковости (tattva-āryajñāna-vyavasthāna).
• Посему, Махамати, надлежит следовать исключительно за смыслом (artha), оставив цепляние за словесную форму изложения (deśanā-abhilāpa).

***