(7. Признаки небытия и бытия)

Затем бодхисаттва-махасаттва Махамати вновь обратился к Благословенному:

— Пусть Благословенный наставит меня в признаках небытия и бытия (nāstyastitva-lakṣaṇa)³⁵⁴ всех дхарм, дабы я и другие бодхисаттвы, оставив крайности «есть» и «нет», быстро обрели непревзойдённое совершенное пробуждение.

Благословенный ответил:

— Слушай же внимательно, Махамати, и запечатлей это в уме! Я скажу тебе.

— Да, Благословенный, — ответил бодхисаттва-махасаттва Махамати.

Благословенный сказал:

• Этот мир опирается на двойственность: на бытие (astitva) и на небытие (nāstitva). Запутавшись в склонности и воззрении к «бытию» и «небытию», существа ищут спасения там, где его нет.
• Как мир опирается на бытие? Считая, что мир возникает из существующих причин и условий, а не из несуществующих; и что возникающее рождается из уже существующего, а не из несуществующего. Так человек становится приверженцем воззрения о бытии причин, условий и самого мира.
• Как он опирается на небытие? Признав наличие страсти, гнева и неведения, он затем воображает то их бытие, то их небытие. Или же, вследствие того, что признаки явлений рассматриваются как отделённые от самих явлений (vivikta),³⁵⁵ он не признаёт их существования; и поскольку Будды, шраваки и пратьекабудды свободны от страсти, гнева и неведения, он полагает, будто в них отсутствует нечто реально существующее.
• Кто же здесь является нигилистом (vaināśika)?³⁵⁶

Махамати ответил:

— Тот, кто сначала признаёт страсть, гнев и неведение, а затем отрицает их.

Благословенный сказал:

• Верно, Махамати! Но нигилистом становится и тот, кто считает, будто Будды, шраваки и пратьекабудды утратили реально существовавшие омрачения. Почему? Потому что омрачения не обнаруживаются ни внутри, ни снаружи — они бестелесны. Будды, шраваки и пратьекабудды по природе свободны, ибо отсутствует как сама связанность, так и причина связанности. Ведь, Махамати, лишь там, где допускается нечто, способное быть связанным, могут существовать и связанность, и причина связанности. Тот, кто рассуждает подобным образом, также становится нигилистом.
• Именно исходя из этого Мною было сказано:
• «Лучше придерживаться воззрения о личности (pudgaladṛṣṭi)³⁵⁷ величиной с гору Сумеру, чем впадать в нигилистическое воззрение о пустоте³⁵⁸, присущее тому, кто цепляется за крайности бытия и небытия».
• Тот, кто цепляется за крайности бытия и небытия, — нигилист. Он запутался в воззрениях о собственных и общих признаках явлений, не признавая, что всё есть лишь воспринимаемое собственным умом. Не признавая этого и видя во внешних объектах нечто вечное, он отрицает, что скандхи, дхату и аятаны распадаются в мгновенной преемственности, воображая их находящимися за пределами мысленных построений и языковых обозначений³⁵⁹ — и тем самым вновь становится нигилистом.

• 9. «Есть» и «нет» — это две крайности,
• существующие лишь до тех пор,
• пока длится сфера восприятия ума.
• Когда же сфера восприятия пресекается,
• тогда утихает даже правильно направленный ум.³⁶⁰

• 10. Когда ум не цепляется за объекты,
• нет ни прекращения, ни небытия.
• Существует основа Таковости (tathatā-vastu),
• являющаяся сферой [постижения] Благородных.

• 11. Кто говорит, что рождается то, чего не было,
• и гибнет то, что было, —
• кто через причины мыслит «есть» и «нет», —
• тот не пребывает в Моём учении.

• 12. Ни тиртхиками, ни Буддами, ни Мною, ни кем-либо иным
• бытие не устанавливается через причины.
• Если бытие [как неизменную сущность] невозможно установить,
• как же тогда может возникнуть небытие?

• 13. Если бытие ничем не установлено через причины,
• то небытие чего тогда утверждается?
• Из-за ложного воззрения об [учении о] возникновении
• люди различают «есть» и «нет».

• 14. У того, для кого ничто не возникает
• и ничто не прекращается,—
• у того не появляется [мысли] «есть» или «нет»,
• ибо он зрит мир как свободный от [подобных различений].

***