Глава VIII. О поедании мяса

Затем Бодхисаттва-махасаттва Махамати обратился к Благословенному сначала в гатхах, а затем вновь с просьбой:

• Пусть Благословенный, Татхагата, Архат, Совершенно Пробуждённый наставит меня в пороках и добродетелях, касающихся поедания мяса.
• Дабы я и другие бодхисаттвы-махасаттвы в настоящем и будущем могли проповедовать Дхарму существам, чей разум пропитан отпечатками плотоядных рождений и жаждой вкуса плоти. Чтобы они, оставив страсть к поеданию мяса и возжелав вкуса Дхармы, обрели великую любовь (mahā-maitrī) друг к другу, относясь ко всем существам как к единственному сыну (sarvasattva-ekaputraka-prema). И чтобы, утвердившись на ступенях бодхисаттвы, они быстро достигли высшего пробуждения или, миновав уровни шраваков, взошли на ступень Татхагаты.
• Благословенный, даже тиртхики, приверженцы ложных учений и локаяты, спорящие о вечности и уничтожении, — и те запрещают поедание мяса и сами его не едят. Что же говорить о Тебе, Владыке мира, чья природа — единый вкус сострадания? В Твоём же учении мясо и поедается, и не запрещается тем, кто его ест.
• Посему пусть Благословенный, любящий весь мир и взирающий на всех существ как на единственного сына, из сострадания изложит пороки поедания мяса, дабы я и другие бодхисаттвы могли наставлять существ в истине.

Благословенный ответил:

• В таком случае, Махамати, слушай внимательно и хорошенько обдумай. Я изложу это тебе.
• Махамати, по бесчисленным причинам бодхисаттве, чья природа — сострадание, не подобает есть никакое мясо. Я изложу лишь краткое наставление об этом.

• Знай, Махамати: в этом бесконечном круговороте рождений нет ни одного существа, которое не было бы тебе когда-то матерью, отцом, братом, сестрой, сыном или дочерью, либо иным близким родственником. Одно и то же существо в иных рождениях принимает облик оленя, скота или птицы, оставаясь твоим родичем. Как же тогда бодхисаттве-махасаттве, стремящемуся к Дхарме Будды и желающему видеть себя во всех существах, поедать плоть, рождённую от этих живых созданий?
• Махамати, даже ракшасы (демоны-людоеды), услышав это благое учение Татхагат, проникаются состраданием, принимают обет защиты и прекращают есть мясо. Что же говорить о людях, стремящихся к Дхарме? Помня о родстве во всех сменах рождений, следует взращивать в себе чувство ко всем существам как к единственному сыну и не вкушать никакой плоти.

• Кроме того, Махамати, бодхисаттве, соблюдающему чистоту, следует избегать мяса и из-за возможности смешения [с запрещённым]. Ведь в мире мясо собак, ослов, верблюдов, коней и даже людей считается несъедобным. Но на рынках мясники ради наживы могут продавать его под видом обычного — и потому, Махамати, бодхисаттве не подобает есть мясо.
• Более того, Махамати, бодхисаттве не подобает есть мясо ради предпочтения чистоты, ибо плоть рождена из семени и крови (śukra-śoṇita-saṃbhava).

• Также, Махамати, йогину, желающему взрастить любовь (maitrī), следует избегать мяса, ибо оно внушает ужас (udvejanakaratva) живым существам. Подобно тому, Махамати, как собаки, завидев издалека домбов, чандалов или рыбаков,⁴⁸⁸ в страхе лают и порой умирают от ужаса, думая: «Они убьют и нас!»; — точно так же, Махамати, малые существа, обитающие в небе, на земле и в воде, издалека улавливают запах мясоеда своим острым обонянием. Они бегут от него, как люди бегут от ракшаса (демона), пребывая в смертельном страхе. Посему, Махамати, бодхисаттве, пребывающему в Великой Любви, не подобает есть мясо, имеющее дурной запах и почитаемое лишь неблагородными людьми.

• Из-за дурной славы и потому, что Благородные (ārya) избегают этого, бодхисаттве не следует есть мясо. Ибо пища Благородных — это пища Риши (святых мудрецов), а не пища из мяса и крови. По этой причине, Махамати, бодхисаттве мясо запрещено.
• Более того, Махамати, бодхисаттве, чья природа — сострадание, не подобает есть мясо также ради бережного хранения умов множества людей и во избежание хулы на Учение.

• Ведь в мире есть те, кто поносит Учение, говоря: «Что это за монашество? Что это за брахманство? Отбросив пищу древних Риши, они, подобно хищникам, набивают утробы плотью. Блуждая повсюду, они вселяют ужас в малых существ, обитающих в небе, на земле и в воде. Погибло их монашество, разрушено их брахманство! Нет у них ни Дхармы, ни дисциплины!»
• Так, со многими превратностями в уме, они хулят само Учение. Посему, Махамати, ради бережного хранения умов множества людей и желая избежать поношения Учения, бодхисаттве, исполненному сострадания, не подобает вкушать никакой плоти.

• Махамати, бодхисаттве не подобает есть мясо также из-за его сходства с дурным запахом мёртвого трупа (mṛta-śava-durgandha).
• Поистине, Махамати, когда сжигают плоть мёртвого человека и когда сжигают мясо любого другого существа — нет никакой разницы в запахе. Вонь от сжигания обоих видов плоти одинакова. Посему, Махамати, йогину, стремящемуся к чистоте, не подобает вкушать никакое мясо.

• Махамати, для йогинов-практиков, пребывающих в уединении на кладбищах, лесах и безлюдных местах, для тех, кто пребывает в любви и стремится к обретению знания (vidyā), — поедание мяса создаёт препятствие для освобождения и обретения знания. Видя, что это мешает всякому успеху в йоге для благородных сынов и дочерей, вступивших в Махаяну, — бодхисаттва, желающий блага себе и другим, не должен вкушать никакой плоти.
• Из-за того, что мясо порождает жажду вкуса и привязанность к объектам формы, оно запрещено бодхисаттве, чья природа — сострадание и единство со всем живым. Более того, Махамати, божества (devatā) покидают такого человека, и потому сострадательному бодхисаттве нельзя есть мясо.

• У него изо рта исходит дурное зловоние уже в этой жизни. Он тяжело засыпает и тяжело пробуждается, видя греховные и ужасающие сны, от которых волосы встают дыбом. Когда он пребывает один в пустом доме или в лесу, нечеловеческие существа лишают его жизненного сияния (tejas). Он впадает в беспричинный страх и трепет.
• Он не знает меры в еде, и принятая им пища не усваивается должным образом для питания тела. Его внутренности наполняются червями и становятся рассадником болезней и проказы. Он утрачивает [медитативное] восприятие пищи как отталкивающей. Махамати, Я учу воспринимать еду как плоть собственного сына или как лекарство; как же тогда Я мог бы дозволить своим ученикам вкушать нечистую пищу из мяса и крови, почитаемую лишь неблагородными, приносящую столько вреда и лишённую достоинств мудрецов-Риши?

• Махамати, Я разрешаю пищу, которую вкушают все благородные, которой избегают неблагородные, которая приносит множество благ и лишена многих пороков и которая была предписана всеми древними риши. А именно: рис, ячмень, пшеница, маш, горох, чечевица и прочее; топлёное масло, растительное масло, мёд, патока, неочищенный сахар, кусковой сахар, сахарный сироп (matsyaṇḍikā) и тому подобное — такая пища считается чистой.
• Однако, Махамати, в будущем появятся невежественные люди, которые станут измышлять ложные толкования Винаи. Пропитанные привычками хищных зверей, движимые жаждой вкуса, они будут утверждать, что мясо — это превосходная пища.
• Но это, Махамати, не относится к тем, кто был введён в практику прежними Победителями, кто взрастил корни добродетели, наделён верой и свободен от различений, принадлежит к роду Шакьев. Для благородных сынов и дочерей, не привязанных к телу, жизни и наслаждениям, не алчных до вкуса, милосердных, желающих видеть в каждом существе самих себя и взирающих на каждое существо как на единственного сына, — для таких бодхисаттв-махасаттв мясо запрещено.

• В прошлом, о Махамати, в стародавние времена жил царь по имени Синхасаудаса (Львиный потомок). Из-за своей чрезмерной привязанности к поеданию мяса, предаваясь этому пороку и будучи во власти ненасытной жажды вкуса, он дошел до того, что начал поедать даже человеческую плоть.
• Из-за этого от него отвернулись друзья, министры, родственники и близкие, не говоря уже о жителях городов и сел. В итоге из-за своего пристрастия к мясу он лишился собственного царства и навлек на себя великое несчастье.
• Также и Индра, о Махамати, достигнув владычества над богами, из-за порока привычки к поеданию мяса в прошлых рождениях принял облик сокола и преследовал того, кто принял облик голубя. И царь Шиби, полный сострадания к невинному существу, взошёл на весы, из-за чего претерпел великие мучения.⁴⁸⁹
• Так, Махамати, даже для Шакры, ставшего повелителем богов, последствия пороков, накопленных за многие жизни, причинили вред ему самому и другим. Что же говорить о тех, кто не является им?

• Более того, Махамати, были и другие правители людей, которые, будучи унесены конями в лесную глушь, от страха за свою жизнь вступали в связь со львицами. У них рождались дети — царевичи, подобные Калмашападе, которые, из-за порочных отпечатков (vāsanā) мясоедения в прошлых жизнях, став владыками людей, всё равно оставались пожирателями плоти.
• В этой самой жизни, Махамати, те, кто даже в деревне из семи хижин чрезмерно предаются страсти к мясу, рождаются в виде ужасных даков и дакинь, питающихся человечиной.
• В круговороте рождений, Махамати, из-за пристрастия к вкусу мяса, они низвергаются в лона львов, тигров, леопардов, волков, гиен, кошек, шакалов, сов и прочих хищников, либо в ещё более ужасные лона ракшасов (демонов-людоедов). Тем, кто пал туда, трудно вновь обрести человеческое рождение, не говоря уже об освобождении (нирване).

• Таковы и подобные им, Махамати, пороки тех, кто ест мясо. Отказ же от него приносит великое множество благ. Но обычные невежественные люди (bāla-pṛthagjana) не осознают ни этих достоинств, ни этих пороков. Понимая эти блага и вред, Махамати, я говорю: любое мясо не должно употребляться в пищу бодхисаттвой, чья природа — сострадание.
• Если бы никто и никогда не ел мясо, Махамати, то ради этого [мяса] никого бы не убивали. Ведь в большинстве случаев, Махамати, невинные живые существа убиваются ради наживы (mūlya-hetoḥ) и крайне редко по какой-либо иной причине.
• О ужас, Махамати! Те, кто чрезмерно предаются жажде вкуса мяса, доходят до того, что люди едят даже мясо людей — что же тогда говорить о мясе других животных, зверей и птиц?
• Как правило, Махамати, люди, терзаемые жаждой мясного вкуса, расставляют те или иные сети и ловушки. Невежественные люди — птицеловы, мясники и рыбаки — всяческими способами истребляют невинных существ, обитающих в воздухе, на земле и в воде, ради наживы.
• И у этих существ, Махамати, те, для кого чужая жизнь — пустой звук, жестокосердные, подобно ракшасам лишённые всякой жалости, никогда не возникает сострадания к тем, кого они убивают и поедают, воспринимая их лишь как пищу.

• Не существует, Махамати, такого мяса, которое было бы дозволено (kalpya) по причине того, что оно «не было убито [самим человеком], не было велено убить [им] и не было задумано [им]». Поэтому я не давал своим слушателям (шравакам) позволения [есть мясо].
• Однако в будущем, Махамати, появятся в моём же учении невежественные люди, которые, приняв монашество и называя себя «сынами Шакьи», нося кашаю (монашеское одеяние) как знамя, будут иметь умы, осквернённые ложными измышлениями. Опутав себя различными ложными толкованиями Винаи, привязанные к взгляду о реальности личности (satkāyadṛṣṭi) и одержимые жаждой вкуса, они станут сочинять те или иные мнимые причины (hetvābhāsa) в пользу мясоедения.
• Они будут думать, что могут возводить на меня напраслину. Выдумывая те или иные причины и поводы, они будут заявлять: «Этот случай произошёл при таких обстоятельствах, и Благословенный дозволил мясо как чистую пищу». И они даже будут утверждать, что это включено в список превосходных яств и что сам Татхагата якобы вкушал его.
• Но ни в одной сутре, Махамати, я не позволял употреблять мясо, и нигде не проповедовал, что оно дозволено или входит в число достойных блюд.
• Если бы я, Махамати, желал дозволить [мясо], или если бы оно было дозволено для употребления моими слушателями (шраваками), то я не стал бы накладывать строгий запрет на любое мясоедение для тех благородных сыновей и дочерей, что пребывают в любящей доброте (maitrī), для практикующих йогу (yogin), для последователей йогачары, для тех, кто живёт на кладбищах (аскетов-шмашаников) и для всех вступивших на путь Махаяны — ради того, чтобы они взращивали в себе восприятие всех живых существ как своего единственного сына.
• Но я наложил этот запрет!

• Ради успеха во всех практиках йоги (sarva-yoga-sādhanāya) и ради развития чувства, что каждое существо — твой единственный ребёнок, я установил для стремящихся к Дхарме благородных сыновей и дочерей, для всех следующих по различным Колесницам, для лесных отшельников и йогинов, пребывающих в любящей доброте, — полный запрет на любое мясо.
• В различных текстах учения я устанавливал правила дисциплины (śikṣā-pada) постепенно, подобно ступеням лестницы. Установив три категории [мяса],⁴⁹⁰ я сделал это как временная мера, но не как окончательное разрешение. Затем я запретил десять видов мяса.
• Но здесь, в этой сутре, я запрещаю любое мясо, всегда, везде и при любых обстоятельствах, без каких-либо исключений.
• Поэтому, Махамати, я никому не дозволял, не дозволяю и не дозволю есть мясо. Я заявляю: для тех, кто покинул мирскую жизнь (монахов), мясоедение недопустимо.
• Те же, кто помыслит возвести на меня напраслину, утверждая, будто Татхагата сам вкушал мясо, — эти невежественные люди, чьи умы омрачены плодами их собственных деяний, навлекут на себя вред и страдания на долгие ночи.

• Махамати, даже благородные слушатели (арья-шраваки) не принимают обычную пищу простых людей, что же говорить о запретной пище из мяса и крови? Мои шраваки, пратьекабудды и бодхисаттвы питаются Дхармой (dharmāhārāḥ), а не плотью (nāmiṣāhārāḥ); тем более это относится к Татхагатам.
• Татхагаты, Махамати, обладают Телом Дхармы (dharmakāya); они пребывают в пище Дхармы, а не в теле из плоти. Они не поддерживают существование мясной пищей. Они изрыгнули всякую жажду, желания и отпечатки, сопутствующие средствам существования; они полностью свободны от омрачений и пороков; их умы и мудрость совершенно освобождены. Они всеведущи, всевидящи, зрят во всех существах своих единственных сыновей и полны великого сострадания.
• Как же я, Махамати, взирая на каждое существо как на своего единственного сына, мог бы позволить своим ученикам есть плоть собственного сына? И как бы я мог есть её сам? Утверждение, будто я позволил это ученикам или ел сам — такое невозможно, Махамати.

• Об этом сказано следующее:

• 1. Бодхисаттвы-махасаттвы, говорящие от лица Победителей (Будд),
• не должны употреблять алкоголь, мясо и лук.

• 2. Скажи, о Великий Мудрец: мясо — это пища хищников,
• оно дурно пахнет, его почитают лишь неблагородные,
• и оно приносит бесчестье. Его не следует есть.

• 3. Махамати, осознай пороки поедания мяса и
• те благие качества, что приходят при отказе от него.

• 4. Из-за родства [всех существ], из-за порочности самого акта,
• из-за происхождения мяса из семени и крови —
• йогин должен избегать его, ибо оно ужасает живых существ.

• 5. Мясо, лук (palāṇḍu), различные виды хмельного,
• лук-шалот (gṛñjana) и чеснок (laśuna)—
• йогин должен всегда избегать этого.

• 6. Не следует натирать тело маслами
• не следует спать на грубых ложах с торчащими острыми предметами,
• и нужно избегать мест, где существам причиняют вред,
• ибо это порождает великий страх.

• 7. От [тяжелой] пищи рождается гордыня, от гордыни —
• предвзятые мысли, от мыслей — страсть.
• Поэтому не следует есть мясо.

• 8. Из помыслов рождается влечение, и ум пленяется страстью.
• Ослепленный страстью, человек запутывается
• в круговороте рождений и не обретает освобождения.

• 9. Ради наживы убивают живое существо,
• ради мяса отдают деньги. Оба они — и убийца, и покупатель —
• совершают грех и будут мучиться в аду Раурава и других.

• 10. Тот скудоумный, кто, будучи посвященным в учение Шакьи,
• поедает мясо вопреки слову Мудреца, разрушает себя в обоих мирах.

• 11. Эти грешники отправляются в ужасающий ад.
• В свирепых адах, таких как Раурава, варятся те, кто поедал плоть.

• 12. Мяса «чистого в трех отношениях» —
• не заказанного, не убитого специально
• и не предложенного по случаю — не существует.
• Поэтому не следует есть мясо.

• 13. Йогин не должен есть мясо,
• порицаемое мной и всеми Буддами.
• Те, кто едят друг друга,
• рождаются в семействах хищников.

• 14. Поедатель мяса рождается зловонным,
• презираемым и безумным.
• Снова и снова он рождается
• среди чандалов, пуккасов и домбов (низших каст).

• 15. Этот низкий человек родится в утробе дакини,
• в семействах людоедов, или в лоне ракшаси или кошки.

• 16. В Хастикашье (Hastikakṣya), в Махамегхе (Mahāmegha),
• в Ангулималике (Aṅgulimālika) и в этой Ланкаватара-сутре я запретил мясо.

• 17. Оно порицаемо Буддами, Бодхисаттвами и Шраваками.
• Если кто-то ест его без стыда, он навсегда останется безумным.

• 18. Благодаря отказу от мяса и прочего,
• человек родится среди брахманов или в семьях йогинов,
• становясь мудрым и богатым.

• 19. Следует избегать любого мяса —
• видимого, слышимого или вызывающего подозрение.
• Гордые логики, рожденные в семьях хищников, этого не понимают.

• 20. Подобно тому, как страсть препятствует освобождению,
• так и мясо, алкоголь и прочее становятся преградой на пути.

• 21. В будущем люди, ослепленные заблуждениями,
• будут утверждать, что мясо дозволено,
• безвредно и одобрено Буддой.

• 22. Но йогин должен относиться к пище как к лекарству
• или как к плоти собственного сына.
• Он должен принимать подаяния умеренно
• и с восприятием их как отталкивающих.

• 23. Мною навсегда запрещено мясо для тех,
• кто пребывает в любящей доброте (майтри),
• иначе они станут подобны львам, тиграм и волкам.

• 24. Поэтому не ешьте мясо, которое ужасает людей
• и противоречит Дхарме освобождения.
• Отказ от него — это знамя благородных (арьев).

Так заканчивается восьмая глава «Ланкаватара-сутры», сердцевины наставлений всех Будд, называемая «О поедании мяса».⁴⁹¹