Нубчен Санжей Ешей

Автор комментария на эту работу Нубчен Санжей Ешей (тиб. gNubs-chen Sangs-rgyas Ye-shes) был непревзойденным мастером распространения ануйоги в Тибете. Традицию До (ануйоги) он принял в основном от Дхармабодхи, Васудхары и Руче Цанжея. Среди многих его сочинений есть одно особо важное, содержащее проясняющее толкование ануйоги, называется оно «Самтан мигдон» (тиб. bSam-gtan-mig-sgron).¹⁰ Главными учениками Нубчена Санжей Ешея были Пейгур Лончен Пагпа (тиб. sPa-gor Blon-chen-'phags-pa), Ду Легпидонма (тиб. Gru Legs-pa'i-sgron-ma), Нан Йонтанчог (тиб. Ngan Yon-tan-mchog), Со Ешей Ванчуг (тиб. So Ye-shes dBang-phyug) и Кулунпа Йонтан Жамцо (тиб. Khu-lung-pa Yon-tan rGya-mtsho). Йонтан Жамцо был наиболее выдающимся учеником Нубчена, линию преемственности продолжил его сын Ешей Жамцо (тиб. Ye-shes rGya-mtsho).

Затем эта традиция перешла к знаменитым Трём Зурам (тиб. Zur-rnam-pa-gsum), далее к Марпа-лоцзаве (1012-1096), к Шойжи Сэнге (тиб. Chos-kyi-seng-ge) и к блистательному Уржану Тердагу Лингпе (тиб. O-rgyan gTer-bdag-gling-pa или тиб. 'Gyur-med rDo-rje). Несколько раз эта традиция, переплетаясь, сливалась с традицией «Гухьямулагарбхатантры» (махайога).

Существует одна особая и редкая теперь традиция, которую Нубчен Санжей Ешей получил от Падмасамбхавы в стиле передачи Ка-Чимпума (тиб. bKa' mChims-phu-ma). Текстуально эта линия базируется на комментарии Нубчена Санжей Ешея, продиктованном ему Падмасамбхавой; комментарий называется «bShad-rgyud mDo-dgongs 'dus-pa». Это важный для ануйоги и практически ориентированный текст. В течение долгого периода между Нубченом Санжей Ешеем и Катогом Кадампа Дешегом (тиб. Kah-thog Kah-dam-pa bDe-gshegs) эта традиция не прослеживается.

В XIX в. сиддха Катог необычным способом открыл этот текст. Он в совершенстве восстановил комментарий Нубчена в результате усиленного созерцания статуи самого Нубчена Санжей Ешея, содержащей драгоценные останки учителя. В предании говорится, что статуя, мистически оживленная, передала устно и тайно Катогу-сиддхе все содержание текста, которое тот незамедлительно записал. От Катога-сиддха эту традицию принял Канчен Легшад Жордан (тиб. mKhan-chen Legs-bshad 'byor-ldan) и, в свою очередь, передал её Канпе Тхубге (тиб. mKhan-po Thub-dga') из традиции Петрула Ринпоче (тиб. dPal-sprul Rin-po-che).

Канпа Тхубга передал традицию племяннице Лхандуцапо (тиб. lHan-du-tsha-po), которая затем передала её Шечену Конгтулу (тиб. Zhe-chen Kong-sprul, его другое имя – тиб. Padma-dri-med-legs-pa'i-blo-gros, родился в 1901 г.).

Нубчен Санжей Ешей является важнейшим связующим звеном в линии передачи традиции ньингмапы и в традиции объяснения сокровенных текстов этой школы. В сущности, вся полнота передачи кама (тиб. bka'-ma) проходит через него или через членов его семьи. Нубчен Санжей Ешей был не только учеником Падмасамбхавы; много учений и практик он получил от Ешей Цогьял (тиб. Ye-shes mTsho-rgyal), духовной жены Гуру Ринпоче, которая во время репрессий царя Ландармы (тиб. Glang Dar-ma) несколько лет проживала среди родственников Нубчена Санжей Ешея. По преданию, он прожил около трёх сроков человеческой жизни, то есть около ста десяти лет.

Во времена царя Ралпачана (тиб. Ral-pa-can, 814-836) было два типа общин – Красная сангха и Белая сангха. Красная сангха состояла полностью из посвященных монахов, носивших красные одеяния; Белая сангха состояла в основном из йогинов и старейшин родов, они во время официальных собраний облачались в белые одеяния и, как правило, носили длинные волосы. Большинство учеников Падмасамбхавы принадлежали к семейным, родовым традициям Белой сангхи. Для приверженцев ньингмапы принятие монашеского сана и полных обетов Винаи не было обязательным, ибо они считали, что духовное совершенствование и сострадание можно практиковать и в обычном потоке светской жизни, а не только за мощными стенами монастырей.

При великодушной поддержке царя Ралпачана, которую он оказывал буддийской общине, Дхарма получила возможность влиять на жизнь общества. Этим он возбудил безумную ненависть у сводного брата – Ландармы, который затеял и осуществил убийство Ралпачана. Подыгрывая бонским жрецам, которые издревле были вассалами тибетских царей, Ландарма добился власти. Так он восстановил на короткое время древнюю иерархическую триаду: царь-придворный первосвященник-шаман в её правящей активности. Этот злодей-узурпатор постоянно демонстрировал ненависть к буддизму и к монашеской общине. Всякий раз, когда на его пути встречалась буддийская статуя, он издевательски приказывал ей говорить, и если статуя безмолствовала, он приказывал отрубить ей нос или палец. Эти частично изуродованные статуи в окрестностях Лхасы простояли много веков, свидетельствуя о трагедии этого темного периода в истории буддизма в Тибете. Ландарма приказывал казнить любого монаха Красной сангхи, не признававшего его антибуддийских указов. Но при этом он щадил членов Белой сангхи, так как считал их домохозяинами, а не монахами.

Однажды Ландарма путешествовал далеко от Лхасы в поисках Нубчена Санжей Ешея, который в то время возглавлял значительную часть Белой сангхи. Царь хотел проверить слухи, что эта большая и процветающая сангха хранит у себя множество священных текстов и прибегает к практике устного посвящения в Дхарму. Когда царь прибыл в главное место коллективных практик (затворнический центр), Нубчен Санжей Ешей без тени страха предстал перед ним и, указывая на царя, исторг из конца пальца сноп света, и тут же появился гигантский, размером с яка, скорпион. Такое чародейство так напугало царя, что он пообещал больше никогда не чинить никаких препятствий Нубчену Санжей Ешею и его общине. Он также издал соответствующий указ.

Именно в это время Нубчен Санжей Ешей и его соратники спасли от уничтожения большое количество древних текстов и ранних переводов. Деятельность этого знаменитого сиддха, ученого и переводчика сокровенных учений, идущих от Падмасамбхавы, знаменует конец раннего периода распространения Дхармы в Тибете. Этот заключительный этап представлял собой ряд сменяющих друг друга поколений семейной традиции клана Нуб (тиб. gNubs), состоящий из блистательной плеяды сиддхов, ученых, йогинов, созерцателей, переводчиков и мирских последователей Дхармы. Они смогли сохранить в течение почти полувека подавления буддизма в Тибете и устную передачу, и сами тексты.