Введение

Знай же, Васетха, что время от времени на землю приходит Татхагата. Полностью Пробужденный, Бхагават, Архат, преисполненный Мудрости и Милосердия. Благословенный, познавший мир, непревзойденный Учитель всех живых существ. Наставник богов и людей – Великий Будда. Он сам до конца познал и видит как на ладони всю эту вселенную – ее нижние и верхние миры и всех ее обитателей, и Знание свое Он передает другим. Он провозглашает Истину – скрытую и выраженную, прекрасную в своем зарождении, прекрасную в ее развитии, совершенную в ее конце. Он открывает Высшую Жизнь во всей ее чистоте и совершенстве.

«Тевигга Суттанта», 1 - 16.

Намо Буддхая! Вот уже несколько тысячелетий существует на земле Буддийское Учение или Дхарма. Оно является первым призывом к Спасению или Освобождению, с которым обратился к людям Сиддхартха Гаутама, нареченный Шакьямуни. Он достиг высочайшего состояния Будды и указал всем нам Путь к Пробуждению от сна иллюзорного бытия.

Неведение — это сестра Знания, которая всегда и во все времена истории довлела над живыми существами. Гибли от стихии и войн города и страны, исчезали с лица земли древние цивилизации, огнем и мечом уничтожались редкие ростки знания-гнозиса вместе с его носителями. Насилие, обусловленное неведением Истины и невежеством, порождало насилие, принося народам неисчислимые бедствия, помимо той всеобщей неудовлетворенности, которая рождается и пребывает вместе с человеком, сопровождая его всю жизнь в виде болезней, старости, страданий расставания с близкими и родными, потерь и естественной смерти. «Существует пять вещей, — говорили древние буддисты, — которых не может достигнуть ни один шраман и ни один брахман, ни дэва, ни Брахма, ни Мара и ни одно существо на свете. Какие же это пять вещей? Это, чтобы не состарилось то, что подлежит старости; чтобы не болело то, что подвержено болезни; чтобы не умирало то, что должно умереть; чтобы не падало то, что подвержено падению; чтобы не погибало то, что подвержено исчезновению — вот чего не может достигнуть ни один шраман и ни один брахман, ни дэва, ни Брахма, ни Мара, никто».¹

Религии древнего мира не указывали действительного выхода из этого положения вещей, ограничиваясь обслуживанием текущих потребностей людей и были весьма далеки от предельного обращения к знанию. Даже понятия о рае и аде, являющиеся поздними представлениями более развитых авраамических и ведических религий, не давали истинного ответа на тайну, лежащую в основании мира, на проблему самого человека.

И хотя именно в Древней Индии религиозное сознание оказалось наиболее развитым в аспекте интуитивного и практического достижения действительности, все же само по себе, с точки зрения Дхармы Будды, оно не разрешило проблемы двойственности. Древнеиндийское религиозное-философское сознание, особенно эпохи Упанишад, предшествующей Будде, дошло до открытия и признания страдания или всеобщей неудовлетворенности в качестве универсального закона развития. Она, эта неудовлетворенность, обусловленная незнанием (истины), является причиной ложных взглядов и воззрений, ведущих к повторным рождениям, к жажде чувственного мира, который сам пронизан тоской по неиспытанному блаженству. Но причина этого страдания указывалась в материальном и телесном, отсюда распространенная крайность индийского аскетизма тапаса на пути духовного поиска.

Древнеиндийское религиозное сознание выявило и универсальный закон кармы, также обусловленный незнанием, или закон возмездия, который, обнаруживая себя в бесконечном опыте многих существований, убеждает, что наше настоящее является результатом того, что мы делали, говорили или думали. Добро, которое мы творим, и вознаграждение, следуемое за этим, являются благом, заслугой. Плохие, дурные поступки и наказание, которое они нам приносят, являются злом. Этот моральный процесс получения наград и наказаний продолжается в бесконечном кармическом круге причины и следствия, рождения и смерти. Но закон кармы всего лишь регулятор или распределитель наших благих и дурных последствий. Подпадая под действие кармы, мы можем испытать чувственную радость рая или низвергнуться в глубины адских терзаний тела и духа, но выхода из этого цикла закон кармы не предполагает: «Одни возвращаются в материнское лоно, делающие зло попадают в преисподнюю, праведники – на небо…».² Но рано или поздно и небеса прощаются с существом, не успокоившим в себе волнение элементов, на которые делится его поток сознания, и оно перерождается вновь.

В утробе матери с момента зачатия вспыхивает первоначальное неразличимое сознание будущего человеческого существа. Именно оно образует вокруг себя психофизическую сферу в ее целостности (нама-рупа). Далее эта сфера разделяется на «шесть областей» (шад-аятана), то есть шесть органов чувств, включая ум. В результате в человеке развивается тришна (танха) — жажда жизни в проявленном бытии, жажда наслаждений и связанная с ними привязанность к чувственному миру. «Желание беспечно живущего человека растет, как малува. Он мечется из существования в существование, как обезьяна в лесу, ищущая плод».³ Это желание или мировая тришна бросает существо в бурлящий мир страстей и ненависти, и оно, охваченное невежеством, переживает страдание. «И это осознание проблемы всеобщего страдания, будучи проблемой социально-исторического страдания человека, оказывается на самом деле связанной в то же время с сущностным способом существования всех вещей в мире. Страдание человека, таким образом, воспринимается как страдание «находящегося в мире» существа. И такой подход составляет основу религиозного Спасения».⁴

И вот, взяв в качестве отправной точки универсальность страдания, появляется Учение, которое свидетельствует о совершенном и окончательном Освобождении или Спасении от мирового зла. Львиным рыком разносит оно весть о Спасении, пробуждая людей и богов, у которых глаза едва прикрыты мирским прахом. Волшебным цветком удумбара расцветает оно в загадочной Индии, устанавливая более чем 1000-летнее господство в этой стране, чтобы потом распространиться за Гималаи и Гиндукуш, достичь окраинных восточных морей и повернуть уже в наше время на запад, мирным образом захватывая пытливые и проницательные умы. Впервые идеалу варварской и жестокой древности — «Герою Благой земли»⁵ — захватчику и разрушителю был противопоставлен совершенно новый буддийский идеал, провозгласивший в качестве величайших достижений человеческого духа ахимсу и пробужденный бодрствующий ум, мудрость и энергию, радость, милосердие и любовь ко всему живому, сердечную открытость окружающему миру, созерцание и недвойственное восприятие.

Учитель Будда передал своим ученикам метод Пробуждения, применяя который обнаруживают результат или плод — Просветление, состояние блаженной Нирваны, которое уже не в силах изменить или разрушить ни боги, ни люди и ни судьба. Дух человека, познавшего вкус Учения Будды, проникает далее обычной зримой действительности. Его внутренняя реальность — не поток мятущихся элементов сознания, а покой и ненарушаемое величие Нирваны. Будда говорил о ней как о единственной реальности, как о предмете всех устремлений и желаний. Именно в идее Нирваны, перед которой «слова останавливаются», и заключен важнейший смысл Его Учения. «Как великое море проникнуто только одним вкусом — вкусом соли, так и мое Учение, и эта Виная проникнуты только одним стремлением — стремлением к Освобождению»,⁶ — говорил Он. Впервые была провозглашена свобода от всеобщего и безжалостного закона кармы. Это состояние Свободы, которому, по сути, нет определения, открывает перед ищущим доселе невиданные горизонты, коренным образом меняет человека, его обычные представления, раздвигая ограниченность привычных рамок существования до запредельного постижения Истины. Этот проблеск или прорыв внутреннего интуитивного прозрения приводит к Совершенной Мудрости, преодолевающей извечный барьер между личностью и миром, к целостному и непосредственному восприятию действительности. Учение Будды, таким образом, все примиряет, является универсальным и дает внутренний стержень или опору каждому в виде Пробужденной Мысли. Поэтому «буддисты живут как все: они страдают, терпят и надеются, но их внутреннюю жизнь не нарушают треволнения этого мира».⁷ И, будучи почитателем Будды Гаутамы, следуя его Учению, или же просто человеком, которому приходилось о Нем слышать или читать, хочется приблизиться к Его человеколюбию и великодушию, побыть рядом с Ним, с Его учениками, услышать веками ожидаемое: «Приди ко мне, о бхикшу!» Сияние Его человеческой и вместе с тем божественной природы доходит до нас из глубины веков. Священные буддийские тексты донесли до нас многочисленные сведения о Его доисторической и земной жизни, о Его двенадцати деяниях и подвигах.

Предания рисуют нам Его образ: высокий, в желто-красном одеянии, человек, со всепонимающей улыбкой на несколько худощавом лице, совмещающем одновременно мужское и женское выражение, с голубыми глазами, с рассудительной обаятельной речью, доходящей до сердца каждого, кто приближался к Нему.

Прежде религиозная проповедь в Древней Индии была уделом лишь для избранных, для высоких сословий и варн. Теперь же Будда и его последователи заговорили о причине страдания и Пути избавления от него во всеуслышание. Старый брахманский язык, непонятный большинству, был оставлен. Будда обращался к народу на общедоступном пракрите, на котором говорили жители Магадхи и сопредельных областей. Он был добр, прост в обращении, не требовал жертвоприношений. Он не был похож на напыщенных брахманских жрецов, которые, принимая от народа деньги, считали всякое соприкосновение с ним осквернением.

Создав ситуативный диалог с Анандой, Он допустил в Сангху, а значит к Учению, женщин, нарушив тем самым вековые запретные традиции. Первой бхикшуни стала приемная мать Сиддхартхи — Махапраджпати, которая после смерти Махамайи воспитывала ребенка. Вступление женщин в Сангху означало зарождение причины для последующего понимания Махаяны, которая в описываемое время широко не проповедовалась.

Бхикшу, руководимые Винаей — уставом и обетами, наставляемые Буддой во всех своих поступках, ходили по Магадхе и проповедовали Дхарму.

Будда прекрасно умел ладить с раджами, хотя в узком кругу учеников указывал на пагубность единовластия. Традиции вольнолюбивых кшатриев всегда оставались близки Его сердцу.

Будда выступал против всех видов суеверий, особенно тех, которые сковывали человеческий выбор.

Будда выступал против кровавых жертвоприношений. Снижение их числа и роли в последующие века в Индии — это заслуга исключительно Будды.

Будда довольно терпимо относился к почитанию различных богов, просто Он добавлял, что почитание одного единственного бхикшу, монаха Будды, несравненно выше, чем благоговение перед сонмом подверженных карме божеств.

Будда не признавал авторитет брахманских книг Древней Индии из-за обилия в них массы ненужных для Освобождения ритуалов, сковывающих волю и разум человека по рукам и ногам, налагавших один запрет на другой. Относился Он к ним не лучше, чем к тем же суевериям или низшим религиозным верованиям.

Будда был выше понятий многобожия или единобожия и не рекомендовал своим последователям относиться к Абсолюту (Нирвана, Будда) так, как это предписывается в Ведах. Поэтому буддистов в Индии называли «ниришварика» — отвергающие веру в Творца мира. По сути, Бог или Творец в религиозных системах Индуизма и авраамических семитских религиях есть не что иное, как освобожденный дух человека, обозначаемый состоянием Будда, Татхагата или Нирвана, и в буддизме они никогда не противопоставляются. Жизнь и существование безначальны, в своих ошибках существа виновны сами, сами творят свои судьбы за мириады перерождений. И само Освобождение, будучи скрытой природой самого человека, достигается заслугами самого ищущего, когда накопленный им благой удел за время феноменального странствия позволяет приобщиться к Извечному Будде, который никогда не перестает быть сущим.

Будда не относился одобрительно к пустым спорам теоретической софистики, например, об определении Абсолютного начала или положительной характеристики Нирваны, поскольку все будут далеки от истинного состояния Будды ввиду Его полной запредельности. Он предлагал все постигать практически, ибо все тайны бытия и смерти, Нирваны и Сансары раскрываются во время Пробуждения или Бодхи.

Будда не считал свое Учение принадлежащим к какой-либо секте или направлению, существовавшим в то время. Свое Учение Он называл лишенным крайностей утверждения и отрицания или Срединным, что потом, спустя века, блестяще докажет и разовьет его последователь Арья Нагарджуна.

Будда придавал исключительное значение сознанию человека, его мысли. «Сознанием управляется мир», — говорил Он, и это понимание в последующие века выразит чудесным образом Арья Асанга.

Будда говорил о длительности и непрерывности Просветленной Основы живого существа в трех преображенных состояниях бытия, и тысячи Cиддхов в будущем воочию продемонстрируют тождество абсолютного и относительного.

Будда прошептал о «Тайном Учении всех Победоносных» и предрек появление тех Видьядхар, которые скажут о нем открыто.

О годах Его земной жизни можно с уверенностью сказать лишь то, что Он прожил достаточно долгую насыщенную жизнь проповедника и йогина, достигнув возраста 80 лет. О времени Его жизни разные традиции сообщают довольно разные сведения. В 1956 году весь буддийский мир праздновал 2500-летие буддизма, со дня Великой Нирваны Будды. Исходя из этой принятой даты, можно за годы жизни Шакьямуни принять 624 — 544 гг. до н. э. (или 623—549). Но есть и другие буддийские традиции, которые указывают другие цифры. Так, например, тибетский историк Сумба Хамбо Ешей Бальжир упоминает дату 915 — 834 гг. до н.э., а Гой-лоцзава Шоннупэл в первой главе «Голубых Анналов» приводит дату 1027 — 948 гг. до н. э., принятую в Китае и Японии. В некоторых же источниках сообщается и еще более удаленная дата, а именно 2133—2213 гг. до н. э. Хронологические расчеты противоречивы, и сейчас нет смысла сводить их к некой единой дате. В буддизме есть свои секреты и загадки.

Также стоит отметить, что из множества биографий Будды Шакьямуни большинство не переведены на русский язык, а значит, и не изучены. Отсюда очевидна трудность составить на данный день некое единое представление о Его жизни и деятельности, тем более, если учитывать мнение различных буддийских школ и запредельную сторону самого появления Будды в мире. Поэтому мы, будучи обусловлены сжатым объемом краткого «Жизнеописания» и опираясь на доступные английские и русские переводы разных авторов,⁸ стремились дать традиционное представление о личности и деяниях Будды Шакьямуни согласно воззрения прежде всего Колесницы Причины в аспекте Малой Колесницы (Хинаяны), следуя сюжету преимущественно «Лалитавистары».⁹ Мы не вдавались в посторонние рассуждения и комментарии, выходящие за рамки буддийского Учения, а за все вкравшиеся в текст ошибки, неточности и неясные места просим прощения. С воззрениями на жизнь и Учение Будды согласно Махаяны — Колесницы Плода (в аспектах Парамитаяны и Ваджраяны), мы намерены ознакомить читателей в недалеком будущем. При этом мы надеемся, что данное и последующие описания, не претендуя на какую-либо завершенность и полноту, послужат, тем не менее, матрицей для появления более цельного и универсального изложения жизни Будды в будущем.

Упоминая же различные буддийские традиции, нам хотелось бы напомнить, что в каждом жизнеописании Будды присутствует общая сердцевина, состоящая из главных, пусть и по-разному трактуемых событий. К ним относятся рождение Будды в Капилавасту, достижение Им Пробуждения в Бодхгайе, проповедь Учения в Сарнатхе, близ Бенареса, и уход в Великую Нирвану в Кушинагаре. Эти главные события в жизни Будды и места, где они произошли, с благоговением почитаются буддистами всего мира, поскольку все формы и направления буддизма согласны в том, что Будда Шакьямуни был основателем, что Он постиг трансцендентальную мудрость, сидя под деревом Бодхи, что Он указал Путь из мира страданий в иную жизнь, в бессмертие, и что те, кто следует путем Освобождения, могут также достичь Высшей Мудрости. В этом — корень вопроса, сущность, лежащая в основе единства множества различий в точках зрения и высказываниях, которые характеризуют буддизм, когда он распространился из Индии в другие части мира.

Четыре главных события в обрамлении других предстают перед нами как 12 деяний, которые Будда продемонстрировал миру в качестве Проповеди. Записано, что в течение своей земной жизни Будда совершил около 35000 чудес. Возможно, что столько смогли описать, оставив для вечности то, что невозможно вместить умом.

Но главное деяние Будды Шакьямуни — это, безусловно, Проповедь Его драгоценного Учения. Это дар Его милосердия и мудрости, о котором Он сам поведал как о труднейшем и редчайшем явлении: «В этом мире, в этой жестокой жизни, где властвуют пять зол: зло иллюзии времени, зло противопоставления себя и других, зло всеобщей страсти, зло перевоплощения и зло уничтожения других ради самосохранения — в такой жизни Он смог достичь Пробуждения! И ради всех живых существ Он проповедовал это Учение, эту Дхарму, для восприятия всеми людьми земли».¹⁰

Человеческое рождение и появление Будды Нелегко встретить в этом мире.
И таковыми также являются обретение веры,
Отсутствие Восьми неблагоприятных условий
И возможность изучения Дхармы.
В настоящем времени — Будда явился,
И благоприятные условия, вера и возможность
Изучать и практиковать Дхарму — достигнуты.
Поэтому следуйте ей неустанно
И без всякого отвлечения.
Ведь может прийти время,
Когда в течение миллионов и миллионов кальп
Не будет возможности слушать Учение.
Поэтому, раз вы обрели его сейчас,
Устраните все помехи для его усвоения!

«Лалитавистара».