Логотип

3.3.1.1.1. Первый пересказ

После того как были, таким образом, возведены ступы (украшающие останки Будды), и после того как ушли Шарипутра с восемью десятками последователей, Маудгальяяна с семьюдесятью и сам Учитель со своей общиной в восемнадцать тысяч монахов, боги, чья жизнь длится много эонов, начали показывать свое презрение (Учению), говоря:

Слово Учителя рассеивается как дым. Монахи, которые обладали авторитетом и силой, тоже ушли. Поэтому Три Свода Писания никогда не будут излагаться.

Для того, чтобы положить конец этому проявлению презрения, Махакашьяпа решил созвать совет духовенства и попросил Пурну879 собрать монахов. Пурна, который в то время пребывал в кульминационном состоянии мистической погруженности, осмотрелся и ударил в деревянный гонг, благодаря чему (все монахи), за исключением Гавампати,880 собрались. Пурна, получив приказ призвать Гавампати, силой своего чудесного могущества полетел во дворец Ширшака, где пребывал Гавампати, приветствовал его и сказал:

Община монахов с Махакашьяпой во главе посылает свое приветствие почтенному Гавампати. Имеется дело, касающееся общины; поэтому ты должен быстро прийти.

Теперь Гавампати был свободен от страсти (и всякого вида привязанности), но из дружеских чувств, (которые оставались у него), он спросил:

О, почтенный Пурна! Разве не ушел Владыка в мир иной ради живых существ, которые должны быть обращены? Не было ли некоторого спора, полемики и ссоры среди духовенства и не пользовались ли какими-либо оскорбительными выражениями? Не заставили ли еретики повернуть Колесо Учения, которое повернул Владыка? Не собрались ли (эти еретики) и не сделали ли вреда общине шраваков? Не оскорбили ли Будду, который сродни солнцу, (еретические) аскеты, брахманы, (еретические) мистики и паривраджаки, которые побеждены ересью? Не вызвали ли раскол в единстве сангхи те, чей ум покрыт мраком невежества? Не передавались ли нечисто Учение и Дисциплина Владыки, так же, как предложения и слова, соответствующие Учению, а также философские учения? Не отвратили ли свои умы от чтения, повторения вслух и принятия в сердце (слова Писания) те, кто был добродетельного поведения? Не собрались ли они теперь для рассказов непристойных историй? С умами, обладающими сомнениями и неуверенностью, не считают ли они то, что не является Учением, за таковое, и не говорят ли они о настоящем Учении как о не являющемся им? Не говорят ли они о том, что не является подлинным Учением, как о являющемся таковым, и не унижают ли они подлинную Дисциплину, говоря, что она не такова? Не показывают ли монахи, омраченные скверной завистью, презрения к тем, кто обладает добродетельным поведением и кто неожиданно приходит к ним вместо практики шести видов добродетели, которая должна давать наслаждение (новичкам)? Брахманы и домохозяева, которые обладают верой, не отвратились ли они от своей веры в Учение из-за недостойных монахов и не приняли ли еретические взгляды? (Эти плохие монахи) — не прибегнули ли они к ошибочным средствам жизни? Не живут ли они сельским хозяйством и торговлей, или утверждают свою жизнь поиском поддержки у мирского могущества? После того, как начали практику (двенадцати) добродетелей строгого аскетизма (дхута-гуна),881 не приняли ли они убежища в окрестностях городов, разрушив таким образом свою практику аскезы? Те, кто не являются настоящими аскетами, не утверждают ли они, что являются таковыми и через это вносят путаницу среди тех, кто имеет добродетельное поведение?

О, почтенный Пурна, (вот что особенно я хочу знать): если правильно сказать: "Община монахов с Буддой во главе", то как же тогда ты говоришь: "С Кашьяпой во главе"? (Что это значит)? Учитель, который пребывал в практике высшего сочувствия и привел свою деятельность к полной завершенности, разве он ушел и погрузился в план конечной нирваны без остатка?882 И так как Правителя всего, что живет, нет больше, не пришел ли в беспорядок мир (живых существ)? Тот, кто был наделен десятью силами, разве он не побежден силой мимолетности? Учитель живых существ, защитник, который пробуждает нас, разве он теперь уснул сам? Закатилось ли солнце Будды? Луна Владыки мудрецов, не сожрал ли ее Раху, и не стала ли она невидимой? Роскошное, приводящее в восторг дерево в области тридцати трех богов, украшенное теми благоухающими цветами, которые являются составными частями Просветления и приносят четыре высших плода святости, разве оно сломано слоном непостоянства? Свет божественной мудрости, не исчез ли он в нирване, унесенный ветром мимолетности?

Таковы были его вопросы.

Пурна сказал в ответ:

  • О, мудрец, для того, чтобы обеспечить
  • долгое существование Учению,
  • община шраваков сошлась вместе,
  • и, собравшись в том месте, они просят тебя
  • быть с ними и присоединиться (к их работе).
  • Великий корабль, Владыка, встретился с уничтожением,
  • и гора Божественной Мудрости разрушилась,
  • но есть еще много аскетов четырех видов,
  • обладающих высшим возвышенным Учением, которые нелживы.
  • От них я пришел сюда посланцем;
  • для того, чтобы можно было установить Учение,
  • ты должен пойти со мной в любом случае.

Гавампати сказал:

  • Хватит об этом, о, Пурна, не время идти.
  • Я имел намерение идти в то место,
  • где Защитник, Свет мира пребывал,
  • но так как он теперь ушел в тот иной совершенный мир,
  • то кто, действительно мудрый, пойдет в этот мир?
  • Эту чашу для подаяний и эти религиозные одежды
  • трех видов ты отдай общине монахов.
  • Я же пойду туда, где бы я нашел мир
  • и не нашел дальнейшего перерождения,
  • и попроси тех, обладающих возвышенными намерениями,
  • простить меня.

Сказав таким образом, он явил свою чудесную силу и умер (на месте). Его тело истребил огонь, который появился из него сам. Тогда из него истекло четыре потока воды и были слышны следующие четыре стиха.

  • 1. Теперь времена стали плохими,
  • живые существа полагаются на свои собственные действия,
  • Свет Мира ушел,
  • поэтому сейчас все должны выбирать свои пути сами.
  • 2. Активные элементы жизни, будучи накопленными,
  • исчезают сразу, в мгновение;
  • подверженные страданию рождения и т. д.
  • и обладающие страстью, обычные существа
  • предаются концепции эго;
  • Вы должны знать, что нет такой вещи!
  • 3. Кто мудр, должен стать внимательным
  • посредством постоянной мысли
  • и должен быть усердным
  • в различении (оценивании) всего, что добродетельно.
  • Живые существа в своей множественности,
  • они все умирают и погибают,
  • и расцвет жизни подвержен изменению.
  • 4. Почитая благодаря своей мудрости
  • должным образом Владыку
  • и приведя к завершению все свои цели,
  • полный благоговения и высшего почтения,
  • Гавампати, таким образом, ушел, следуя своему Учителю.

После этого Пурна благодаря своей чудесной силе вернулся в место, где собралась община, поприветствовал, отдал чашу нищенствующего монаха (Гавампати) и других и сказал:

  • Он услышал, что Тела Владыки больше не существует,
  • и, благодаря силе своих добродетельных деяний,
  • он ушел в совершенный мир (то есть в спокойствие).
  • Здесь его религиозные одеяния
  • и его чаша нищенствующего монаха;
  • он просит общину простить его намерения.

После этого Кашьяпа сказал:

  • Слушайте вы, о, монахи!
  • этот ушел, как Святой,
  • но другие не должны уходить
  • в совершенное спокойствие таким образом;
  • пока имеется необходимость выполнения работы,
  • те, кто имеет силу, должны собираться и не сметь уходить,
  • как этот благородный Гавампати,
  • сосуд добродетельных деяний, который пребывал в Ширишаке;
  • таким образом, вы не должны думать,
  • но собраться и напрячь свои умы,
  • как действовать ради человечества.

Дав этот приказ, он сказал:

— Если заповеди Учения излагаются здесь, то многие монахи придут. В таком случае может возникнуть беспорядок. Давайте поэтому пойдем в Магадху.

— Хорошо, — сказали (другие члены общины).

Тогда они отослали монахов, которые еще проходили ученичество и назначили Ананду идущим во главе процессии. Ананда с общиной (при путешествии в Магадху) прошли через многие районы страны. Но Махакашьяпа пошел прямо, (пришел в Раджагриху и был увиден Аджаташатру. Последний, вспомнив об Учителе, чуть не упал со слона (в обморок), но Кашьяпа поддержал его силой, запретил ему делать это еще и сказал:

— Мы желаем обсуждать наставления Учения в этом божественном месте.

— Хорошо, — сказал царь, — я обеспечу всем, что необходимо.

Таким образом, они собрались, и царь приказал подготовить сиденья, ложа и прочее необходимое в дупле дерева ньягродха. Затем был объявлен летний пост.

Теперь Махакашьяпа, исследовав состояние ума Ананды, сказал Анируддхе:

Среди этой общины, которую восхвалил Владыка, имеются такие, кто еще находится под властью Дисциплины (то есть не стал еще архатом) и обладает страстью, ненавистью, ослеплением, желанием и эгоистическими свойствами.

Анируддха, исследовав вопрос своей сверхъестественной способностью видения, сказал:

— Ты должен знать: община монахов свободна от того, что недостойно, она чиста, обладает тем, что существенно, является полем, на котором растет добродетель, и достойна получать дары мирских существ. Но что касается Ананды, то он того вида, который ты только что упомянул.

Благодаря этому Кашьяпа увидел, что Ананду нужно было подчинить через порицание, и сказал ему:

— Мы здесь — высочайшая община, и не будем обсуждать Учение с такими, как ты. Поэтому убирайся!

Ананда задрожал, как если бы его ударили в самую чувствительную часть тела.

— О, великий Кашьяпа, будь милосердным! — сказал он. — Я не совершил никаких проступков относительно нравственности, взглядов, поведения и образа жизни, не могут меня обвинять и в малейшем оскорблении относительно общины!

На это Кашьяпа сказал:

— Так как ты все время сидел у ног Учителя, то не очень удивительно, что ты не совершил четырех проступков! Но сейчас встань и приведи доказательство, что ты не вел себя неправильно относительно общины! Я докажу тебе твою вину.

Тогда Ананда встал. Три тысячи миров задрожали, и боги, полные трепета, сказали:

— Увы, Кашьяпа, чьи слова истинны и благодетельны, таким образом, сурово порицает Ананду, как мы видим с этого возвышенного места.

Кашьяпа сказал:

— Ты призвал женщин вести религиозную жизнь, не обратив внимания на сказанное тебе Учителем: "Ананда, не побуждай женщин принимать религиозную жизнь и не говори им, что они должны вступать в общину и становиться монахинями". Почему так? Потому, что если женщины вступают в общину согласно дисциплине этого Учения, то последнее не будет иметь должной продолжительности. Как, например, если град выпадет на поле, полное дикорастущего риса, последний будет уничтожен, аналогично — если женщины вступят в орден, то Дисциплина этого Учения не может пребывать долго. Разве он не говорил этого?

Ананда ответил:

— Меня нельзя обвинить в желании постыдного. Но (подумай вот о чем): Махапраджапати была кормилицей, которая вскормила Учителя своей грудью. Было бы подходящим (допускать женщин вступать в орден) из простой благодарности к ней для того, чтобы (Будда) мог стать обладателем четырех видов приверженцев, (включая монахинь).

— Твоя благодарность, — сказал Кашьяпа, — принесла вред духовному Телу Будды. Град выпал на изобильное поле деятельности Будды; поэтому остается только краткий период — тысяча лет — существовать (Учению). В прежние времена, когда страсти живых существ были незначительными, то была подходящей и община четырех видов, но теперь Учитель не желал этого. Именно ты упросил его (позволить женщинам вступать в общину), и это твой первый проступок. Свидетельствую об этом! Затем ты не попросил Учителя не уходить в нирвану. Это было спутанностью, вызванною Марой. Именно это и есть твоя вина — свидетельствую!

Более того, когда спрашивали, ты отвечал не так, (как это было бы правильно). Свидетельствую в этом!

Ты топтал ногами одежду из прекрасных одеяний (Будды). Там не было товарища, который мог отдернуть их. Если бы бросил их вверх в воздух, боги могли бы схватить их. Свидетельствую об этом!

Ты принес мутную воду (для Учителя). Это было потому, что пятьсот колесниц прошло через реку Какута и ее воды были взбаламучены. Это твоя вина! Если бы ты поднял руки, то боги дали бы воду восьми различных вкусов. Поэтому свидетельствую! Было сказано: Если желают, то могут ради общины ослабить строжайшее соблюдение нравственности и мелочи монашеской дисциплины и наслаждаться приятным существованием!" Ты не спросил об этих мелочах. Сейчас же имеются различные указания, касающиеся их. Говорится, что они состоят в воздержании от (тех проступков), которые упоминаются прямо после 1) пяти форм падения, 2) (четырех) проступков, которые должны быть искуплены через покаяние,883 3) девяноста проступков, ведущих к нравственному падению; 4) (тридцати) проступков, требующих прощения, или 5) после неопределенных проступков (анията).884 Следствием было то, что некоторые не соблюдают (мелочей) относительно проступков, которые заслуживают изгнания (параджика),885 а другие не соблюдают тех, которые указаны потом в неопределенных проступках. Вследствие этих обстоятельств еретики получили возможность ругать (Учение). Это другой проступок, который ты совершил.

— Я был подавлен горем от расставания с Учителем, — (ответил Ананда).

— Как раз это твое горе и нельзя простить. Поэтому свидетельствую! Кроме того, ты выставил на обозрение мира и женщин скрытые тайные части (Тела Будды).

— Я знаю, что (женщины полны страсти, — ответил Ананда, — но я думал, что если бы они увидели тайные части Тела Будды), то смогли бы лишиться [отрешиться от] женского органа.

— Как раз (из-за этих странных мыслей) ты и совершил проступок. Поэтому свидетельствую! Ты показал Тело Учителя женщинам, и оно стало осквернено их слезами.

— Я думал, что если бы такое Тело увидели, то живые существа сделали бы Творческое Усилие (к Просветлению).

— Именно, думая так, ты и совершил проступок, и, таким образом, хотя и немного, обладаешь желанием, уходи и не пребывай среди Высшей Общины, которая совершенно бесстрастна!

Ананда посмотрел на четыре стороны и, полный страдания и скорби, сказал тихим голосом:

— Увы, такова моя участь. Владыка оставил меня. На кого мне следует полагаться, кто будет моим светом и защитой?

В тот момент боги воскликнули:

— О! Победа у богов, а асуры побеждены! Учение расцвело. Шравака, который сродни Учителю, порицает другого шраваку, который тоже сродни Учителю!

После того Ананда сказал:

— О, Кашьяпа, имей терпение. Я буду действовать в согласии с Учением и не буду впредь делать (то, что я делал). Это должно быть для тебя важным, Учитель вверил меня твоим заботам: "Ананда, — сказал он, — не горюй. Ты предан заботам Махакашьяпы". Кашьяпа, ты не должен быть нетерпимым относительно незначительных недостатков, но действуй согласно моему слову.

(На это Кашьяпа сказал):

— Ты, Ананда, не должен плакать. Добродетельные элементы в тебе должны увеличиваться и не будут уменьшаться. Я наложил на тебя наказание для того, чтобы ты мог быть старательным ради Учения!

После этого Анируддха сказал Кашьяпе:

— Если Ананда должен отсутствовать, то как можно будет составить слово Будды?

(Кашьяпа ответил):

— Ананда, хотя он и обладает добродетельными качествами, не может пребывать среди нас. У него еще существуют желания и тому подобное. Поэтому он должен подчиняться Дисциплине и не должен обсуждать (Учение) с нами.

После этого он сказал:

— Уходи ты, Ананда! Когда благодаря своему усердию ты станешь архатом, тогда мы сможем обсуждать вместе!

Ананда, с полными слез глазами и страдающий при мысли, что он лишился Учителя, ушел. Он пошел в деревню Бриджи и там (некто, известный как) сын племени Вриджи886 стал его слугой. Однажды, когда (Ананда) излагал Учение, этот отпрыск племени Вриджи, поймав проблеск в состоянии ума своего Учителя, сказал:

  • О, Гаутама, если ты удалишь отвлечение
  • и будешь пребывать в темной тени дерева,
  • ты достигнешь нирваны.
  • Сосредоточь свой ум и практикуй глубокое созерцание,
  • и ты достигнешь состояния совершенного спокойствия быстро.

Следуя этому совету отпрыска вриджей, (Ананда) в течение дня и первой части ночи, бродя и сидя, очистился от умственной омраченности. В полночь он омыл ноги вне монастыря. Затем он лег на правый бок и, не опуская головы на подушку, достиг состояния архата. После этого он вернулся (в место совета) в дупло дерева ньягродха.

Махакашьяпа, ради монахов будущих времен, которые могли забыть (наставления), обсуждал утром кратко в стихах, а позже, после полудня, в деталях. И прежде всего было обсуждение пересказа сутр. Кашьяпа спросил Ананду, достаточно ли у него энергии и попросил его составить сутры на основании решения (общины), вынесенного после повторенного дважды голосования. После этого пятьсот архатов расстелили свои религиозные одеяния на сиденье, поддерживаемое львами, на которое воссел Ананда.

"Я должен изложить все сутры, которые услышал", — подумал он.

И боги, зная его намерение, слушали с почтением. Затем Кашьяпа произнес следующую просьбу:

  • О, почтенный Ананда, изложи ты сутры,
  • афоризмы, которые представляют высшую форму Учения,
  • которое было изложено Владыкой,
  • Учителем, чьим намерением было помочь миру!

Затем Ананда, вызывая в памяти добродетели Учителя, повернул лицо к Бодхиманде, положил руки, вспомнил все учения, которые он должен составить, и начал:

— Вот что я однажды услышал. Владыка пребывал в Бенаресе, в Ришипатане и в Роще Антилоп.

И когда он произнес эти слова, боги исполнились печали и сказали:

  • Увы, все в этом мире без исключения мимолетно.
  • Даже тот океан высох,
  • который был хранилищем драгоценностей добродетели.
  • Тот, от кого услышали непосредственно Учение,
  • сейчас наслаждается блаженством Спасения.

Так я услышал, таким образом это (сейчас) суммируется и должно быть выслушано теперь.

Затем (Ананда сообщил сутру):

— Тогда Владыка обратился к пяти монахам так: "О, братия, вот Учение, которое не слышали раньше, то есть Учение о беспокойстве (феноменальной жизни) — (первый) принцип святого" и т. д.

Затем Каундинья сказал Кашьяпе:

— Я выслушал эту часть Учения непосредственно. Оно заставило высохнуть океан моей крови и слез, закрыло двери к плохим перерождениям, поставило крест на горе костей и открыло двери к блаженному существованию. Через изложение его я и восемьдесят тысяч богов обрели видение Истины (дхарма-чакшух).887 Сегодня оно сообщается как "услышанное таким образом" в прошлом. Увы, все мимолетно без исключения!

Говоря так, он спустился со своего возвышенного сиденья и уселся (на земле). Другие тоже спустились со своих сидений (и сказали):

— Мы стали свидетелями прямой передачи Учения, и теперь, благодаря силе мимолетности, мы можем в настоящем слышать Владыку, (не видя Его)!

После этого архаты, воспринимая своим сверхъестественным видением, спросили Ананду:

— Является ли Словом Будды то, что признается тобой?

— Это Слово, признаваемое всеми нами, — (ответил Ананда).

И (в свою очередь, он спросил):

— Является ли признаваемое всеми вами таким, (как сообщил)?

— Оно именно то, — (ответили другие архаты).

Затем Кашьяпа подумал: "Пересказ первого афоризма не встретил никакого возражения, поэтому должен быть истинным Учением". И он сказал Ананде:

— Как был сообщен второй афоризм?

(Ананда продолжал):

— Так я слышал...

Что такое это беспокойство (феноменального существования) — первый принцип Святого?

— Это беспокойство, сопровождающее рождение...

— Как был сообщен третий афоризм?

— О, братия, материальная группа элементов (рупа-скандха) не представляет эго.

Это и следующее Ананда повторил, и четыреста девяносто девять архатов установили (то, что он сказал), как канонический текст.

Афоризмы, содержащие Учение о пяти группах элементов, были составлены вместе, образуя часть, касающуюся пяти групп. Отрывки о (двенадцати) базах познания были соединены так, чтобы образовать раздел, рассматривающий базы познания, разделы, касающиеся членов причинной цепи и познания четырех принципов — в разделах нидана.888 Многочисленные отрывки, изложенные шраваками, были соединены в "Раздел речений шраваков", а поучения, изреченные Буддой, в части, содержащей Речения Будды. Афоризмы, содержащие Учение о тридцати семи характерных особенностях Просветления, были составлены так, чтобы образовать раздел, касающийся составных частей Пути. Множество поговорок были соединены в "Раздел поговорок", много стихов — в соответствующий раздел,889 обширные части Писания — в "Диргха-агаму", промежуточные — в "Мадхьяма-агаму", и отдельные предложения и тому подобное — в отдельные отрывки, содержащие одно и более предложений (экоттара-агама). (Таким образом, раздел Сутр) был составлен и установлен как канон. Затем Кашьяпа спросил Ананду, было ли Учение такого объема, (как было составлено).

— Оно такого объема, — ответил Ананда, — и нет ничего, что осталось бы (неполным).

Говоря это, Ананда спустился с сиденья и уселся на землю.

После этого спросили Упали,890 достаточно ли у него энергии, и затем приказали пересказать Винаю в согласии с решением, принятым после дважды повторенного согласования. После того, как Упали посадили на сиденье, поддерживаемое львами, (Кашьяпа сказал):

— Где Владыка положил первое основание Дисциплине?

В Бенаресе.

— Для кого?

— Для пяти монахов. Он приказал им носить юбку мирского покроя.

И архаты восприняли своим сверхъестественным видением и убедились, что это было настоящим Учением.

— Где было установлено второе основание Дисциплины? — (был второй вопрос).

— В Бенаресе, для пяти учеников, приказ носить религиозные одежды мирского покроя.

— Где установлено третье основание Дисциплины?

— В селении Каландака для того, чтобы Бхадрадатта891 мог преодолеть свою безнравственность.

Затем (четыре греха), заслуживающие изгнания (параджика),892 (тринадцать) проступков, требующие реабилитации всего духовенства (сангха),893 — авашеша, промежуточные проступки (анията),894 тридцать проступков, сопровождающихся утратой (наисаргика),895 (девяносто) проступков, требующих прощения, (четыре) проступка, которые можно искупить покаянием, множество деталей Дисциплины, умиротворение ссор, дополнительные правила, потеря (конфискация), посвящение в духовный сан, пост, наказание, клевета, причины (проступка) и предмет веры, — все это было определенно указано. Таким образом была пересказана Виная, и после этого Упали сошел со своего сиденья. Затем Махакашьяпа для того, чтобы пересказать Абхидхарму ради живых существ будущих времен, предпринял процедуру голосования и решения. Он сказал:

— Об Абхидхарме я расскажу сам. Абхидхарма есть то, что объясняет сущность познаваемых вещей. Она состоит из четырех методов интенсивного памятования и т. д., как и раньше.

Затем, когда пятьсот архатов таким образом пересказали Три Свода Писания, боги воскликнули: "О! Боги победили, а асуры проиграли!" И пятьсот монахов получили имя Великих Составителей.

Затем Махакашьяпа сказал так:

  • Неограниченное Слово Того,
  • кто наделен десятью силами,
  • теперь составлено в Книге Закона
  • ради человечества.
  • Оно обладает светом,
  • так как оно устраняет мрак невежества,
  • где бы ложные взгляды ни омрачали
  • и ни угнетали живых существ.

Затем он подумал: "Я пересказал Слово Будды, как мог, и (через это) до некоторой степени был помощником (живым существам). Кто способен (сделать эту работу) полностью? Что касается меня, то я уйду в нирвану".

  • Пересказав поучения Владыки,
  • я установил путь добродетели;
  • это Слово Учителя должно пребывать долго,
  • будучи передаваемо от одного (ученика) другому;
  • я накажу тех, кто бесстыден,
  • и поддержу тех, кто скромен.
  • Я был помощником и накопил заслуги,
  • и пришло мне время уходить в нирвану.

— Знай ты, Ананда! Учитель ушел, доверив Учение моим заботам. Так как я сейчас должен уйти в нирвану, то именно ты должен стать его защитником. А ты, в свою очередь, должен доверить его Шанавасике.

Затем Кашьяпа, почтив восемь ступ с Останками (Будды) и Зуб (последнего), который хранился в области нагов, поднялся в местопребывание тридцати трех богов. Там он осмотрел Зуб (Будды, который хранили там), не моргнув, поместил его на макушку своей головы, почтил его и сказал богам:

— Будьте внимательны и почтительны.

Произнеся это, он вернулся в Раджагриху. Аджаташатру, которому он намеревался дать знать о своем прибытии, в это время спал.

— Разбудите его и позовите ко мне!

Так сказал он, поднялся на южный холм Куккутапад и разбросал траву кушу между тремя холмами. Затем он одел залатанную рясу Будды, произнес благословение (чтобы его труп) не разложился до того времени, когда будет излагаться Слово Майтреи, и, показав многие чудесные явления, ушел в нирвану. Затем боги совершили почитание, раскинули покрывало над холмами, и, произнеся много звуков горевания, исчезли.

В то время Аджаташатру, который видел сон, что род брата его матери, принадлежащего царскому роду, прекратился, проснулся, и, услышав, что Кашьяпа ушел, упал в обморок. По исцелении он поднялся на холм, и якши сдернули покрывало, (которое было распростерто над холмами). Царь, почтив, собирался сделать распоряжение, чтобы тело сожгли, но Ананда сказал:

— Он произнес благословение, что его тело должно оставаться до того времени, когда должно будет излагаться Учение Майтреи. Девятьсот тридцать миллионов шраваков Майтреи возьмут тело (Кашьяпы) и покажут, говоря:

— Он был учеником Шакьямуни, самым главным из наделенных двенадцатью добродетелями аскета. Именно он составил Учение.

И будет известно, что люди этого (нашего века) были маленького размера, а тело Учителя большое. Тогда Майтрея скажет:

— Вот одежды Шакьямуни!

Тогда его сторонники примут добродетели аскетов и станут архатами. Именно по этой причине нужно не сжигать (эти останки), а построить здесь монумент.

Соответственно, они возвели ступу и почитали ее. И после этого покрывало снова было распростерто над тремя холмами. Затем Ананда обещал, что он покажет Аджаташатру, как будет уходить в нирвану, и после этого ушел в бамбуковую рощу.

Когда он пребывал там, прибыл Шанавасика, после того как благополучно пересек море, и сказал:

— Я собираюсь устроить праздник Пятилетия. Но где Учитель?

— Он ушел.

И, услышав это, Шанавасика упал в обморок.

— А Шарипутра и остальные — где они находятся?

— Они тоже скончались, — был (ответ).

Затем Шанавасика устроил праздник Пятилетия для Ананды и Общины, в конце которого он стал духовным лицом и стал сведущим в Трех Сводах Писания.

В то время некий монах (проповедовал следующим образом):

  • Тот, чья жизнь имеет продолжительность сто лет,
  • несомненно может пребывать в покое, как утка в воде,
  • и может восприниматься как подобный такой утке.
  • Такая форма жизни — наилучшая.

Ананда, услышав это, сказал:

  • Учитель проповедовал не так, а:
  • тот, у кого жизнь длится сто лет,
  • неизменно будет рождаться и умирать.
  • Учитель заявил, что здесь на земле
  • нужно различать два вида индивидов:
  • с умами, полными неверия и ненависти,
  • и тех, кто ошибочно понял сутры,
  • они подобны быку, попавшему в трясину,
  • и неизбежно должны погибнуть.
  • У них нет мыслей о своей смерти,
  • их занятия не ведут к знанию и бесплодны.
  • Неправильное знание — оно подобно яду;
  • но действительно мудр тот,
  • чьи занятия ведут к правильному знанию
  • и имеют своим результатом
  • устранение всех помрачений.

Монах, который рассказывал неправильно, сказал наставнику, (у которого он учился):

— Ананда постарел и потерял силу памяти.

Наставник сказал:

  • Подверженное страданию старости,
  • это живое существо потеряло память;
  • оно не помнит правильно,
  • так как его ум побежден дряхлостью.

Ананда услышал это и сказал:

— Если я скажу ему, то будет ссора. Не подходит мне также идти (и протестовать) перед его Учителем. Поэтому я уйду в нирвану.

  • Старые — все они умерли раньше,
  • а с этими новыми молодыми монахами
  • невозможно быть в согласии.
  • Сейчас я пребываю совершенно один
  • в сосредоточенном трансе, подобно птице.
  • Те, кто были моими друзьями и товарищами,
  • все они умерли раньше и ушли.
  • Как я буду обдумывать
  • состояние мистического погружения?
  • Для этого здесь нет подходящего Учителя.

Он сказал Шанавасике:

— Учение было вверено Учителем Кашьяпе, а последним — мне. Я же сейчас собираюсь уйти (в нирвану). Поэтому ты должен охранять Учение.

И он предсказал, что в месте Матхура896 на горе Марунда Ната и Пата, сыновья купца, должны построить монастырь и стать милостынедателями (Общины). Он сказал, что Упагупта,897 сын Гупты, продавца благовоний, должен принять монашество.

Действительно, Учитель предрек:

— Через сто лет после моего ухода этот станет Буддой, хотя и не будет носить характерного признака, но совершит деяния, свойственные Будде.

— Да будет так, — сказал Шанавасика.

После этого Ананда отправил послание Аджаташатру и затем вышел на середину Ганга. Царь, увидев во сне, что ручка его зонтика сломалась, проснулся и, после того как услышал послание Ананды, упал в обморок. Когда он пришел в себя, то выступил со своей армией в направлении Ганга. В то же время боги сказали обитателям Вайшали так:

  • Святой Ананда, который подобен свету
  • для мира одушевленных,
  • явил свое великое сочувствие
  • к множеству живых существ.
  • Этот мудрец, устранив мрак страдания,
  • пришел сейчас в Вайшали для того,
  • чтобы достичь совершенного покоя.

После этого личчхавы тоже отправились к Гангу. В то время брахманский отшельник с пятьюстами сторонниками выразил желание принять монашество. Ананда магически создал посреди Ганга остров, и там (отшельник и его последователи) были приняты в монашество и стали архатами. По отношению к месту и времени он стал известен под именем Мадхьянтика — "(те, кто были приняты в монашество) в полдень или посредине реки". (Отшельник) затем попросил, чтобы он мог уйти в нирвану перед Анандой, но последний сказал:

— Кашмир — место, подходящее для мистического погружения и наилучшее место отдыха. Там через сто лет после моего ухода монах, известный под именем Мадхьянтика, должен установить Учение.

Таково было пророчество Учителя, и ты должен поступить в соответствии с ним.

— Я сделаю так, — ответил отшельник.

После этого Ананда, явив много чудесных явлений, ушел в нирвану. Половину его тела взяли жители Вайшали, а другую половину — Аджаташатру.

  • Острой молнией Высшей Мудрости
  • он расколол надвое свое тело, похожее на гору.
  • Одна половина была дана правителю людей,
  • а другая — Общине Владыки.

И затем в Вайшали и Паталипутре были возведены ступы.

После этого Мадхьянтика, для того чтобы пророчество Учителя и приказ наставника (Ананды) были выполнены, отправился в Кашмир. Там он уселся в позе со скрещенными ногами и погрузился в сосредоточенный транс. Это привело нагов (которые обитали там) в ярость. Они трясли землю и послали сильный дождь. Однако этим они не смогли сдвинуть даже край религиозного одеяния (Мадхьянтики). Тогда на него опустился дождь стрел и других метательных снарядов, но все они превратились в цветы.

Из-за этого наги испугались и спросили Мадхьянтику, какие будут его распоряжения.

Он сказал:

— Это место принадлежит мне согласно пророчеству Будды.

И они дали ему столько земли, сколько он мог закрывать, сидя в позе со скрещенными ногами, но это место (чудесно увеличилось) так, чтобы (заполнить) все девять долин (Кашмира). Тогда наги спросили:

— Сколько у тебя сторонников?

— Пятьсот архатов, — ответил старший.

— Теперь, если один из них будет отсутствовать, то мы заберем землю обратно, — (сказали наги).

Старший сказал:

— Будь что будет; в любом случае она будет обеспечена для милостынедателей; поэтому нужно привести сюда домохозяев.

После этого он устроил там множество людей, и для того, чтобы они могли преуспевать, он пошел в Гандхамадану и заставил расти шафран. Затем он подчинил беспокойных нагов. Последние спросили его, как долго будет пребывать Учение, и старший ответил, что оно должно существовать тысячу лет. Тогда они согласились отдать землю на время, на протяжении которого там должно существовать Учение Владыки.

— Да будет так, — сказал старейший.

Затем, после того как он утвердил общину в Кашмире, (старший Мадхьянтика) ушел в нирвану. Община после того была вверена Шанавасикой Упагупте, Упагуптой — Дхитике, последним — Кришне и Кришной — Сударшане. (И все они) ушли в нирвану (один после другого).